Почти все лето заняла у путников дорога к загадочному и далекому Северу. Питались они всем тем, что природа им посылала. Так как Лимарик обладал статусом охотника в своем племени, он учил Приктию искусству ловли мелких животных: рассказывал, как делать ловушки, правильно ставить силки и убивать зверей, но при этом не причинять им лишних страданий. Считалось, что если животное умирало в муках, боль переходила в мясо, а затем передавалась едокам. Никогда еще Приктия в своей жизни не пробовала столь разнообразного по вкусу мяса. Больше всего ей понравилась ролитгуа. Внешне она выглядела омерзительно: большая гусеница, покрытая волосинками и многочисленными ножками. Передвигалась гусеница очень быстро, и изловить ее считалась задачей нелегкой, но оно того стоило. Мясо ролитгуа отличалось отменным тающим вкусом. Приктия также собирала ягоды и травы, из которых готовила восхитительные напитки. От питья некоторых из них несколько дней могла кружиться голова, а ноги переставали слушаться. Еще эти напитки обладали лечебным свойством. Дело в том, что степные племена питались только сырым мясом, поэтому часто страдали от глистов, от которых спасало чудодейственное питье. Оно действовало на кишечник не только как слабительное, очищающее от паразитов, но и как питательный продукт. Так сказать, насыщало организм на длительный промежуток времени. Народ равнин разбирался во всех травах, что прорастали на его землях. Среди них были как очень полезные, так и очень опасные. Но даже ядовитые растения обладали лечебными свойствами, если правильно сочетать их с другими травами и употреблять в умеренных дозах. Этому искусству Приктия научилась у матери, славившейся своими знаниями.
Все же девушка немного волновалась, так как растительность с каждым новым восходом оказывалась все скуднее и более незнакомой по сравнению с той, что прорастала в ее родных краях. Природа становилась суровее, а время между рассветом и закатом - короче. Видя обеспокоенность дочери, отец спросил:
- Что тебя так волнует, Приктия? Если ты сожалеешь, что отправилась со мной, то можешь всегда вернуться назад. Я не стану удерживать силой. Ты свободна в своих действиях.
- Отец, меня терзают обычные переживания, свойственные изменению обстановки. Не волнуйся за меня, я справлюсь. Надо просто привыкнуть и освоиться в новой реальности. Надеюсь, Богини на нашей стороне. Надо принести им жертву, и, может, они ниспошлют нам свою защиту и благословение.
- Согласен с тобой, доченька, но чувствую, что ты мне что-то не договариваешь.
- Выкинь из голову эту чушь. Меня терзают обычные женские тревоги, естественные в связи с заботой о племени.
Лимарик не стал больше допрашивать свое дитя. Они продолжили путь. С наступлением сумерек путники натолкнулись на небольшую чащу, где решили провести ночь. Отец и дочка изловили несколько мелких зверей, которых использовали для ужина и жертвоприношения, а затем вместе погрузились в сон на траве под открытым небом.
Приктия всегда изумлялась отцовской проницательности, которой ей самой не доставало. За это она любила его больше, чем мать. Вот уже несколько восходов ее беспокоило что-то, чего она никак не понимала. Должно случиться нечто, что изменит ее жизнь. В думах девушка погрузилась в сновидения. Разбудило ее странное движение, доносившееся извне. Будто кто-то ходил кругами вокруг чащи и не решался войти внутрь. Сначала Приктия подумала, что это какое-то дикое животное, но потом отбросила столь странную мысль. Отец говорил, что хищники долго следят за жертвой, не нападают сразу. Учитывая их беззащитное состояние, зверь уже приступил бы непосредственно к охоте. Но кто бы это мог быть? С одной стороны, Приктией завладело сильное любопытство, наполняющее ее смелостью, но с другой, страх, от которого она страстно хотела избавиться. В конце концов, любопытство оказалось сильнее страха.
Приктия медленно стала выбираться наружу. Стоило ей высунуть голову из густых зарослей чащи, как движение сразу же прекратилось. Она посмотрела по сторонам, но кроме звуков, издаваемых ночными животными, ничего не услышала. Приктия уже собралась вернуться на место, как вдали засветился тусклый огонек. Он излучал ярко-желтый свет, и от него тянулось манящее тепло. Словно заколдованная, девушка снова выбралась из укрытия и, позабыв об опасностях ночи, направилась к свету. Ноги ее не слушались, а глаза не могли оторваться от огонька, который вблизи оказался светящимся цветком.