- Тарихис, Тарихис, Тарихис.
Акиус продолжил путь с облегченным сердцем. Он мысленно благодарил Приктию за отступление от верности предводителю, поскольку понимал, что мог не услышать приближение убийцы и пасть жертвой коварного замысла, ведь голову его занимали другие мысли. Спасшийся юноша строил планы мести и решил окончательно покорить красавицу, хоть и чувствовал, что не сможет ответить взаимностью на ее чувства.
Какое-то время спустя ужасная картина предстала перед жителями поселения Пронукатми. Как и обещал Акиус, он не отнял жизнь у старика Лирарка, но отобрал у того способность ею наслаждаться. Последний, неведомо как, добрался до дому без кистей на обеих руках, с выколотыми глазами, отрезанными ушами и языком.
Глава 11
Если бы рабу Эфтании дали свободу выбора, он сначала смутился бы, затем растерялся, и в итоге не смог бы принять решения. Он был рослым и крепким юношей, но тупоголовым и безвольным по натуре. C рождения Дакур находился в рабстве в племени Обахов. Его подарили Эфтании, чтобы утешить боль в связи с утратой любимой дочери. Последняя вместо того, чтобы перенести всю любовь на ребенка, одарила его ненавистью. За свою пока что недолгую жизнь парень не услышал от хозяев ни единого доброго слова, а за малейшую провинность получал палкой по спине. Эфтания умела бить искусно, не оставляя следов. Неправомерные физические наказания рабов воспрещались и карались строго во многих племенах, поэтому их применяли скрытно.
С момента, как мальчик встал на ноги, он с покорностью выполнял все приказания хозяев, не высказывая ни слова против и даже не помышляя озвучить своего мнения: не потому, что боялся, а потому, что не знал, как это делать. Его такому не обучали. Большую часть времени Дакур слушал, а отвечал всегда кратко и лаконично, выбирая слова, как куски мяса, разбрасываться которыми считалось непозволительной роскошью.
Хозяева относились к рабу как к простой скотине, которую нужно кормить, но нельзя убить. При этом они наотрез отказывались признать его пользу. Дакур беспрекословно выполнял все поручения, какими бы безрассудными те ни казались. Много нехороших дел совершил он под покровом ночи. Немало душ отправил к Гануру, но ни о чём не жалел, ибо не ведал сострадания и пощады. Не знакомы ему были и понятия преданности или предательства. Раб служил тем, кому должен служить.
Несмотря на то, что родился Дакур в другом месте, жил он не в изоляции от новых соплеменников. Племя Обахов стало ему родным. Традиции, обычаи и порядки юноша усваивал наравне с остальными детьми поселения, следя за взрослыми членами общины и внимательно их слушая. Он прекрасно знал, что Обахи не казнят изгоев, но иногда, в отличие от южных племен, едят их. Они верны клятвам, а их нарушение считается преступлением против Богинь. Если однажды ты дал клятву, то должен исполнить ее или умереть. Люди здесь не боятся смерти, возможно, поэтому среди изгоев-беглецов не встречается ни один представитель из этого племени. Хоть Обахи и воспринимали Дакура презренным рабом (его имя значило «недостойный»), парень гордился, что попал именно сюда, а не в какое-то другое место, где отношение к рабам намного хуже, чем к безнукам. Хоть он и подвергался всяческим унижениям, но никогда не опасался за собственную жизнь. Убийство раба приравнивалось к совершению преступления. За это расплачивались не жизнью, но репутацией и уважением в родном племени.
Вместе с хозяйкой Дакур успел побывать во многих местах Большой Земли и увидеть, как живут свободные люди и рабы в других краях. Большинство принимало подневольного юношу за сына Эфтании, потому что он не ходил в полусогнутом положении, как рабы-иноземцы, к тому же не получал постоянных ударов плетьми и палками прилюдно. Эфтания отличалась падкостью на красивых мужчин, каким и стал ее раб к пятнадцати годам, пригодившийся госпоже в качестве любовника. Супруг старейшины не только не высказывал возмущения, но и сам активно участвовал в амурных утехах, устраиваемых женой. Дакура не пугала и мысль о жертвоприношении в случае смерти Эфтании. По традиции вместе с хозяевами умерщвляли также их рабов. Если тому суждено случиться, подневольный юноша примет даже такую незавидную участь с достоинством. Ни раз приходилось ему становиться свидетелем подобных погребений, и мысленно он готовился к ним. Свободных мужчин и мужей приносили в жертву Богиням, дабы умилостивить их и быть принятыми в Чертоги Благословенных в качестве слуг женщин высшего сословия племен.