Красавицу звали Нурсией, и она оказалась самой прекрасной женщиной на свете. Сжав ее руки крепко во время произнесения клятв, Акиус тем самым давал ей понять, что испытывает отнюдь не дружественные чувства, а что-то более интимное. Как оказалось, Нурсия входила в привилегированный круг своего племени. Ее предки по женской линии испокон веков занимали места старейшин и вождей. Естественно, что ей судьбой было завещано пойти той же тропой, протоптанной предшественницами, но встреча с Акиусом изменило ее направление. Однажды Нурсии приснился странный сон, в котором она увидела Акиуса в образе белоснежного варситона. Именно по разноцветным глазам она признала его, когда повстречала впервые; именно поэтому не могла оторвать от него взгляда, всматриваясь пристально в столь знакомое лицо. Девушка полюбила этого юношу еще до того, как встретила вживую. Он являлся к ней в каждом сновидении во время полнолуния.
Мучивший ее секрет молодая дева не могла не раскрыть матери, одной из старейшин. Та от удивления и слова не смогла вымолвить, так как не знала, как интерпретировать символы, в появлении которых сомневалась. Позже мама Нурсии поведала об этом членам Совета, который уже получил предложение о браке Акиуса с любой из девушек их племени. После долгого и непростого совещания, разделившего старейшин на два противоборствующих лагеря, было принято решение. Одни посчитали сон божественным провидением, другие, напротив, дурным знамением. Тем не менее, последнее слово оставалось за вождем, которая выразила надежду, что сон благородной девушки мог означать только хорошее, а поэтому следует согласиться на брак. Обо всем этом Акиус узнал позже и уже не сомневался в том, что особенная сила тянула его к той девушке, к которой он впервые испытал чувство настоящей любви. Образ Приктии потускнел в его памяти и отодвинулся далеко на задворки сознания. Даже она не могла сравниться с Нурсией, с которой он согласился бы уехать не только на край света, но даже на край бездны. Хоть Акиус и считал себя весьма любвеобильным, но сколько бы женщин он ни повстречал в своей жизни, ему казалось, что лишь одну Нурсию он любил по-настоящему.
Как говорится, если есть чему-то начало, то неизбежен и конец. Подошли к окончанию свадебные празднества. Завершились развеселые гуляния, и гости потихоньку стали разъезжаться по родным краям. Первыми отбыли южане, за ними последовали гости с запада и центра, лишь восточные жители покинули Обахов последними. Путь предстоял долгий, поэтому отправились в дорогу с первыми лучами Аринии. Погода становилась с каждым днем прохладнее, туманы встречались лишь местами, чаще над болотами и озерами. Их старались объезжать стороной, даже если это удлиняло путешествие. Помимо жены Ангрока (по случайности ему подобрали супругу в том же племени много лет назад, когда оно считалось довольно состоятельным, но со временем изрядно обеднело) и Акиуса в делегацию входили четверо старейшин, среди которых была мать Нурсии и обычная семья землепашцев, родителей супруги Ангрока. Дакур последовал за Акиусом. Наличие личного раба у мужчины произвело на всех приезжих огромное впечатление.
Вся процессия двигалась медленно. Женщины сидели в гамаках, которые на плечах несли рабы, а мужчины передвигались пешком. За несколько часов до заката останавливались, чтобы вырыть временные землянки для ночлега, и на следующий день продолжали ход. Возвращение домой состоялось за три декады. Новый кров ожидал Акиуса. Если бы он ведал, что именно новое место жительства окажется поворотной точкой его жизни, он не стал бы забивать голову переживаниями о будущем.
- Что нас ждет здесь? – спросил Ангрок больше себя, чем идущего с ним плечом к плечу Акиуса. Он уже ностальгировал по дому, но был рад тому, что в чужих краях ему не придется быть одному.
- Чему быть – того не миновать, – ответил равнодушно Акиус, – все в руках Богов.
Затем он повернулся к Дакуру и прошептал тому под самое ухо, чтобы ни единое слово не долетело до несведущего Ангрока:
- Это ты умно проделал с Эфтанией, – Акиус подмигнул другу.
- Ты о чем? – удивленно уставился раб.
- О том, что ты подкинул дощечки о ее заговоре против вождя.
- Я об этом думал, но меня кто-то опередил. Единственное, что я успел сделать, это подделать подпись о передаче меня тебе в случае ее смерти.
Часть 2 Глава 1