Киг еле успел отскочить, когда массивные ворота рухнули рядом с ним. Спустя мгновение спаситель уже был внутри храма.
Страшная картина предстала перед ним, заставив его бездвижно замереть. Выжить в едком угаре удалось не многим. Повсюду на полу лежали бездыханные тела, их лица замерли полные ужаса. Женщины с малыми детишками на руках, старики и дети по старше, пытавшиеся найти спасение в храме, но нашедшие лишь общую могилу, дикой болью разрывали сердце Кига. Не в силах устоять на ногах, он упал на колени и горько заплакал.
Он не помнил сколько прошло времени с того момента как попал сюда, но чье-то прикосновение вернуло его из забытьи. Обернувшись Киг увидел маленькую девочку, державшую на руках обезумевшего от страха крохотного щенка. В полумраке, сквозь пелену слез он увидел будто бы знакомые черты лица, и тут же воскликнул бросившись к девочке:
- Рисги, сестренка! Не уже ли ты спаслась?! О слава Великому Владыке мира, он услышал мои молитвы!
Девочка молча стояла не проронив ни слова, взгляд ее был как будто бы сквозь него. Лицо, не выражавшее эмоций, было похоже на мраморный лик статуи.
- А где же матушка, Рисги? Я что-то не вижу ее. - гладя по головке сестру, спрашивал обнадежено Киг.
Рисги лишь неторопливо обернулась и выставив свой крохотный указательный пальчик показала в сторону окна, где на полу лежало безжизненное изуродованное огнем тело их матери.
В один миг перед Кигом пронеслась вся его прошлая жизнь. Он сильно сжал в объятиях сестру, что та невольно вскликнула и громко крикнул, содрогая грозным эхом своды храма:
- Кто бы ты не был, слышишь! Я найду тебя! И клянусь светом Энкиль, отомщу!
Он дрожал всем телом словно его знобило, но это был не озноб, это была дрожь разъяренного зверя перед прыжком на охотника. Киг еще долго крепко сжимал в объятиях Рисги, стиснув до боли в скулах зубы чтобы не за орать, пока рассудок не вернулся к нему. Он оглянулся по сторонам и не увидел больше выживших. Те, кто еще недавно кричал и стонал уже были мертвы не выдержав боли от полученных смертельных ожогов. В этом кошмаре чудом удалось спастись лишь его сестре, но пламя пожара и смерть матери отложили страшный отпечаток в ее неокрепшем сознании, лишив дара речи и помутив рассудок.
Уже светало, когда Киг с Рисги на руках выбирался из города. Накрапывающий дождь, потихоньку тушил остатки некогда бушующего огненного представления, поднимая едкий дым под облака.
Через час они были на том месте, где взволнованные ночным исчезновением слуги, оставались молодой лорд и его прелестная кузина.
Уилфод был в не себя от злости, то и дело ходя взад и вперед кляня последними словами своего слугу.
- Где ж его носит? Ну только попадись он мне! Выпорю как безмозглого барана. Ясно же было сказано всем спать! Нет совсем от рук отбил... - он не договорил, оборвав на полу слове гневную речь.
Милена, спокойно слушавшая брата, вдруг вздрогнула и еле слышно всхлипнула увидев показавшуюся из кустов знакомую фигуру с кем-то на руках.
Уилфод и вовсе не сразу узнал своего слугу, схватившись за меч, висевший на поясе, но вовремя очнувшись подскочил к черному от копоти Кигу и подхватил его под руку. Он бережно забрал спящую Рисги к себе.
Лорд хорошо знал ее с пеленок и всегда благодушно относился к милому созданию. Но сейчас она едва походила на ту, что он видел буквально несколько дней назад. Рваные лохмотья, сбитые пальчики ног, покарябанное тельце и опаленные, некогда роскошные, белые, кудрявые, локоны – всё это говорило о недавнем ужасе, пережитым ей.
Уилфод держал спящую Рисги, которая в свою очередь прижимала к себе едва дышавшего щенка, и умоляюще глядел на Кига, в надежде на скорый рассказ.
Милена подала воды Кигу, тот с благодарностью принял флягу и стал жадно пить. Напившись вдоволь, слуга не стал тянуть с рассказом, видя нетерпеливые и недоумевающие лица своих спутников. Он как можно подробнее рассказал, что видел.
Слушая внимательно рассказ слуги, Уилфод не верил своим ушам. Все что он любил и помнил, было стерто с лица земли огненной бурей. Картина была ужасная, судя по всему, из тех, кто остался в стенах крепости не выжил никто, кроме Рисги. Оставался главный вопрос: Кто же все-таки напал на Гинтерволш и предал его опустошающему огню? Киг не смог пробраться к южным воротам из-за бушующего огня и посмотреть, чьё же войско стояло возле догорающего города. Поджигатели тоже особенно не торопились входить за стены опасаясь сгореть заживо.
Обдумав рассказанное слугой, лорд сделал вывод, что им нужно двигаться в Лиэрсуол в надежде на верность короне тамошнего правителя, являющегося ко всему двоюродным дядей Уилфода по материнской линии.
Быстро собравшись, друзья незамедлительно двинулись в путь.