Глава третья. Таверна "Грим и сыновья".
Через час Уилфод, Киг и Жоф были уже на дороге, ведущей в Милинор. Им пришлось проехать около десяти лиг прежде чем они оказались на постоялом дворе. Дорога была прямой и хорошо укатанной, поэтом путникам не составило особого труда быстро добраться до "Западного тракта". Бросив коней у входа, Уилфод и его спутники поднялись по скрипучим, деревянным ступеням и вошли в таверну.
При входе их встретил парнишка лет десяти, в огромном поварском колпаке, небрежно одетом на его коротко стриженную. Колпак, был ему явно не по размеру и не падал на глаза исключительно благодаря его большим, широко оттопыренным, ушам. Дополнял поварской наряд – фартук, не первой свежести, повязанный прямо на голый торс и засаленные нарукавники, которые тоже были не его размера. Тонкие босые ноги, все в ссадинах и синяках, смешно смотрелись в огромных деревянных колодках, выдолбленных из цельного куска дерева. Не смотря ни на что, паренек проворно двигался между столами, держа на одной руке огромный поднос с чьим-то ужином, а в другой три огромные кружки с пенным напитком. Увидев новых посетителей, он тут же подскочил к ним и звонким детским голоском крикнул заготовленную для таких случаев фразу:
- Извольте выпить, закусить,
А после барышнь навестить.
У нас для этого всегда
Найдется угол до ут...
Вдруг паренек резко замолчал глядя на монаха и с испуганным видом начал пятиться назад.
Повидавший много чего за всю свою некогда буйную жизнь, монах глядя на этого сорванца, вдруг громко засмеялся, обратив на себя взгляды немногочисленных посетителей таверны, расположившихся за несколькими небольшими деревянными столами. От этого смеха, мальчишка и вовсе упал на пол, плюхнувшись на мягкое место. По выражению его исказившегося лица можно было понять, какую боль причинило ему это падение.
- Эй, малец! - обратился к поваренку, чего-то заподозривший Уилфод. - Мне кажется ты видел сего кейстуга раньше? Но чего ты так испугался? Не бойся его, он добрый!
Поваренок не сводил глаз с все еще смеющегося Жофа и с ошалелым видом бормотал что-то себе под нос.
- Ну чего ты так трясёшься? Я же сказал, он не опасен. - поднимая на ноги дорожащего поваренка, успокаивал его Уилфод.
Хлопая своими огромными ресницами, которым позавидовали многие дамы, малец перевел взгляд на молодого лорда и снова обретя дар речи выдавил из себя:
- Клянусь, я больше не буду!
- Да ты что? Чего не буду?! - вмешался, тоже ничего непонимающий Киг.
- Я больше не буду читать эти пошлые стишки, да покарает меня Великий Харуд! Только пусть он не достает больше свой "Праведный хлыст" у меня до сих пор зад трещит, - умолял поваренок.
Монах заржал пуще прежнего, чем вверг мальчишку в полуобморочное состояние.
- Да перестанешь ты ржать наконец! Совсем запугал мальчонку! - раздраженно выпалил Уилфод.
Немного погодя Жоф взял себя в руки.
- Ладно, прости малец! Не бойся меня, видимо ты узнал во мне моего брата. Судя по всему, твой зад отведал "Гнев праведника" или, как ты его назвал - "Праведный хлыст". Есть у той вещицы и другие названия. Верно ты сквернословил, маленький охальник? Брат Гут скор на расправу!
- Но как? Не может быть! Вы так похожи! - удивлялся мальчишка уже пришедший в себя.
- Хорошо. А теперь скажи где мой брат?
Не успел поваренок и рта раскрыть, как вдруг из дальнего угла послышался чей-то, довольно грубый оклик.
- А ну, постой! Каков, наглец, я же сказал не появляться здесь больше! - раздраженно кричал быстро приближающийся мужчина. Выглядевший уж больно угрожающе, он заставил немного растеряться наших друзей.
- Римук! Сайрук! Живо ко мне. - кричал он на ходу. После чего из-за занавески появились две не менее внушительные фигуры, и бодро направились в сторону наших героев. По всей видимости, то был хозяин заведения и его помощники или сыновья.
В воздухе запахло хорошей дракой, ибо те двое уже засучивали рукава и разминали свои огромные кулачищи. Вмешавшийся было в предстоящее действо паренек был грубо отброшен хозяином в сторону со словами: - "Поди из-под ног Энгар! Не мешайся".
Видя всю нелепость ситуации и предстоящую угрозу их здоровью, Уилфод попытался призвать всех к благоразумию и объясниться, но как только он попытался что-то сказать, то туже, сходу получил жесткий удар в челюсть и полетел в ближний угол, ломая головой стоявший там стул.
Киг, проводив взглядом своего лорда, испуганно зажмурился, потом открыв один глаз посмотрел на него снова, тот зашевелился, и слуга облегченно вздохнул. Не успел он перевести взор на нападавших, как и сам стал жертвой мощного удара, заставившего его плюхнуться на пол. Лишь один монах стоял теперь на ногах, получая удар за ударом в живот от хозяина таверны, но судя по невозмутимому виду - это его не сильно беспокоило. Наконец Жоф не выдержал и со всего размаха обрушил свой пудовый кулак на голову нападавшего. Тот сразу обмяк и пал в ноги без сознания.
Настала очередь оставшихся. Те двоя видя своего хозяина лежавшим на полу, бросились на монаха и хотели повалить его, но не тут то было. Жоф оказался проворнее и вовремя отскочил в сторону. Разъяренные неудачей, нападавшие вновь кинулись на монаха. Но в этот раз кейстуг не просто отпрыгнул, а вдобавок достал кулаком челюсть одного из подручных хозяина и тот, завертевшись винтом, пролетел через несколько столов в дальний угол, задев при этом двух мирно наблюдавших за дракой посетителей, которые, как выяснилось через мгновение, тоже были не прочь поразмяться. После чего началось массовое побоище. В ход пошли столы, стулья, посуда, в общем все, что попадалось под руку. Казалось еще чуточку и заведение будет разнесено в дребезги, но тут вмешался неожиданно очнувшийся хозяин. Увидев, что происходит с его детищем, он истошно завопил и бросился прочь в соседнюю комнату выбив плечом закрытую дверь. Спустя минуту из дверного проема вылетел какой-то дымящийся сверток и приземлившись в центре зала бухнул так, что дерущихся разбросало по комнате, а все окна в заведении выскочили наружу. Затем всё затихло.
Густой дым, медленно расходился по комнате ища себе выход на свободу. Спустя некоторое время из помещения откуда вылетел сверток, показалось испуганное лицо хозяина таверны. Сквозь постепенно рассеявшуюся пелену едкого дыма, он попытался оценить обстановку и прикинуть ущерб. Оглядевшись вокруг, тавернщик пришел в дикий ужас.
Целого практически ничего не осталось, даже массивная входная дверь, висела накренившись, держась лишь на одной петле.
Посетители тоже начали приходить в себя бормоча гневные ругательства и кляня последними словами это место и его хозяина.
В пылу драки и последующей суматохе никто из наших друзей не обратил внимания на человека в черном плаще, сидевшего за столом в дальнем закутке зала напротив открытого окна, в последствии выпрыгнувшего в него перед самим взрывом.
Если бы тогда Уилфод увидел его хотя бы мельком, он обязательно узнал лорда Талла Кваерда, старшего сына Крэга Кваерда владетеля Баэрсхола предавшего короля и участвующего в нападении на Гинтэрволш. И кто знает, как бы сложилась дальнейшая судьба его друзей и самого молодого лорда оказавшись они тогда лицом к лицу. Но по воле Харуда или же других необъяснимых обстоятельств Таллу удалось исчезнуть незамеченным, хотя он точно узнал Уилфода и его слугу, которого не так давно чуть не лишил жизни из-за своей дурацкой прихоти.