Кронгур поймал себя на мысли, что не помнил, когда впервые в его жизни появилась эта женщина и, как она стала его тенью. Он понимал, что стал сильно зависим от ее воли, но искренняя любовь к своему, пусть и безумному сыну, а также желание увидеть его здоровым, толкала Кронгура на сближение с Сидгалой. В ней он видел единственное спасение и помощь Гурну, другого он и не желал. Но теперь, когда она стала толкать его на связь с какими-то потусторонними силами, воспетыми в древних мифах и, с которыми сама имела тесную связь, Кронгур встревожился не на шутку.
Что именно она имела ввиду, когда говорила о власти над миром, как вообще такое возможно? И, что она знает о туманной стороне земли, не видимой взорам людей, о которой он сам слышал лишь из красивых легенд. Чем больше цареубийца общался с этой женщиной, тем больше вопросов возникало у него.
Его думы развеял громкий голос глашатая, который сообщил о приезде гонца из-под стен Лиэрсуола. Он сообщил ему о позорной гибели почти половины войска, во главе которого стоял лорд Крэг Кваерд владетель Баэрсхола, которого скоро, вполне возможно, ждала участь других предателей.