При виде поцелуя и того, как руки стражника начали грубо лапать то, что Элейн уже считал своим, кровь больно ударила в вески, и он не помня себя бросился на него и вонзил нож прямо в спину, потом еще и еще...
Когда же он остановился, то был уже весь в крови и тяжело дыша повторял одну лишь фразу:
- Не тронь - моё.
Дайгуна одобрительно кивала головой наблюдая кровавую расправу, затем он спокойно вытащила связку ключей из-под бездыханного, изрезанного тела и погладив Элейна по голове поманила за собой.
Под покровом ночи им удалось выбраться из замка не замеченными, но нужно было торопиться, так как скоро их пропажу обнаружат, а также и мертвого стражника, за убийство которого их обезглавили бы на месте.
Тюремный замок был расположен на окраине города и тремя стенами выходил на хорошо просматриваемый при свете дня пустырь. Далее за пустырём начинался непроходимый лес, вдобавок стоявший на болотах. Этот лес и был для беглецов единственным спасением, и самым коротким путём к морю, а именно к порту Найрун, где стоял на якоре спасительный корабль.
Густой лес был серьезной преградой, особенно его топкие болота полные кровожадной мошкары. Но деваться беглецам было некуда, у них был только один шанс, которым они не задумываясь воспользовались.
- Давай передохнем, я больше не могу. - сказал Элейн, когда они прошли несколько лиг по труднопроходимой местности, подойдя в плотную к тому месту, откуда начинались болота. - Да и не видно ничего. Луна - вон и та, скрылась за облаками.
- Устал, мой мальчик? Ничего, скоро отдохнем, осталось не много. - ответила Дайгуна, словно и не уставшая вовсе.
- До чего осталось? - удивился юноша. - Куда мы идем, разве не к гавани? Но до нее еще дня два пути такими темпами.
- Мы идем к гавани, но сначала нам нужно посетить одного человека, - он живет здесь на болотах в дали от посторонних глаз. Там мы подкрепимся и переоденемся, а затем он нас выведет через болота иначе мы пропадем. Только он знает этот путь.
- А, кто это?
- Тебе не надо знать, мой старый знакомый и все. Понял? И больше не спрашивай ничего, особенно при нем. Да и не пытайся заговорить с ним, пока он не заговорит сам иначе можешь лишиться дара речи надолго!
- Он, что колдун?
- Я же тебе сказала, не спрашивай!
- Ладно.
Дайгуна не обманула, не дольше, чем через час они вышли на опушку, где стояла невзрачная хибара, вся сплошь покрытая мхом. В сумерках она была похожа на небольшой холм, из которого торчала крохотная труба, выбрасывающая клубы белого дыма.
- Тихо. Замри. - проговорила сквозь зубы Дайгуна, и сама встала как вкопанная.
Спустя мгновение, дверь хижины отварилась выпустив наружу тусклый свет свечей и на пороге появилось нечто не понятной формы опиравшееся на деревянный костыль. Прокашлявшись оно сказало грубым мужским голосом:
- Чаво приперлись среди ночи! Спать не дають, все шастають и шастають! А ну подь сюды обои, живо!
Дайгуна ничуть не мешкая схватила под руку оторопевшего Элейна и потянула за собой направляясь к чудищу.
Подойдя ближе, чудище оказалось мерзкого вида стариком, с длинными копнами седых волос, распущенных до самой земли.
- Приветствую тебя, великий хайгун, младшая из рода Гунхиш потревожила твой покой и умоляет о прощении.
- А енто, шо за тощий прыщ, думающий щас, как бы не на пустить в порты? - спросил старик указывая своей крючковатой рукой на трясущегося мелкой дрожью Элейна.
- Это мой друг, он помог мне вырваться из рук убийц! Прошу, разреши ему остаться.
- Ну пущай остается коли не испортит воздух.
Старик медленно развернулся и вошел в свою обветшалую обитель.
Каково же было удивление Элейна, когда он зайдя вслед за Дайгуной, очутился в просторном помещении украшенном сплошь богатой утварью, которую и не всегда встретишь в знатных столичных домах.
"Что это? Обман зрения или наваждение." - думал он озабоченный явным несоответствием содержимого форме.
- Ты, шо там себе думаешь, недоумок? Енто тебе ни мирещится, енто все на яву. Можешь потрогать, - произнес вдруг старик, явно знавший все его мысли.
Как неприятно было с момента встречи с Дагуной это новое для него чувство, когда ты словно полностью обнажен и нет ничего тайного и сокровенного в тебе, чтобы не стало известно для нее, а теперь еще и для этого ужасного старика.
- Ну так, шо вас сюды занесло? Выкладывай! Небось старая карга Хафия опять объявила охоту на ведьм?
- О, великий хайгун, ты воистину прозорлив. Моих сестер больше нет. Они все были преданы огню и меня ждала та же участь, если бы не этот юноша.
- Ента святоша - царица алийская, сама напрашивается на месть нашего повелителя. Возомнила себя владычицей тверди земной, и клянет нашего властелина, а его верных детей предает огню, славя при этом своего слепого владыку. Ну она у меня еще попляшет. А ты то куды навострилась, бежишь поди аж пятки горят.
- Мне теперь надо в Найрун, там меня ждут и отвезут туда, где еще живы такие как мы и откуда возродиться наша вера и воля нашего повелителя.
- А с ентим, шо? - старик указал на Элейна очень внимательно слушавшего этот разговор.
- О, у нашего повелителя свои планы на его счет. Он поедет со мной.
- Хорошо, тады берите, шо нужно и ступайте прочь!
- Но великий хайгун, нам не выбраться из леса без твоей помощи.
- Ну и шо мне вас на своем горбу туды отнесть? Ладно, дам вам проводника, но если отстанете от него, то пропанете на болотах.
Он свистнул, каким-то особенным свистом и, тут же не понятно откуда появилась черная птица похожая головой на ворона, но с одним глазом во лбу, а туловищем на орла. Когда же она открыла клюв, то из него выскочил извивающийся как у змеи, раздвоенный язык.
- Ента тварь укажа вам путь, но торопитесь она ждать не будет.
Собравшись на скоро беглецы бросились за черной птицей, выпущенную стариком.