Стоило пересечь порог особняка, как меня оглушило разнообразие звуков: игра оркестра, звон бокалов, смех женщин и голоса спорящих мужчин. Артур провел нас сквозь толпу в конец зала, где возле высокого арочного окна за столиком сидела женщина, облаченная в сверкающее блестками кремовое платье. Ее русые волосы были уложены в высокую прическу, украшенную драгоценными камнями.
– Офелия Моорэт, моя жена, – представил Артур женщину и тихо добавил, склонившись к супруге: – А это Алесса – милое дитя, о котором я тебе рассказывал.
Офелия приветливо улыбнулась, но ее улыбка показалась натянутой, будто любое проявление эмоций причиняло женщине боль.
– О, а вот и вы!
Артур подал руку подошедшей девушке, и она изящно коснулась пальцами его раскрытой ладони. За девушкой, словно тень, следовал юноша. Среди гостей, облаченных в строгие костюмы, он отличался небрежной простотой своего наряда: воздушное черное хаори с широкими рукавами, наброшенное поверх льняной белой рубашки, черные зауженные брюки и шлепанцы на босу ногу. Юноша будто намеренно пытался выделиться из толпы, показать, что он не принадлежит этому месту. Но в то же время шелковая ткань его одеяния, тэмру, вышитый золотом на накидке, и браслеты с драгоценными камнями, звенящие на руках, кричали о достатке.
– Позвольте вас познакомить, – обратился Артур ко мне. – Моя дочь Лукреция и гость нашего дома арий Эрвор. А это Алесса, моя гостья из Сильма.
Лукреция была красива. Она унаследовала от матери все лучшее: точеную фигуру, которую подчеркивало черное обтягивающее платье, мягкие черты лица, золотистые волосы и голубые глаза. Вот только правый глаз Лукреции скрывался за черной кружевной повязкой, из-под которой возле переносицы выглядывал тонкий шрам. Но даже этот недостаток не портил девушку, а придавал ее внешности утонченность.
– Когда все разойдутся, я познакомлю тебя со своими сыновьями, – продолжал Артур. – Вряд ли сейчас я отыщу их в этой толпе среди изобилия прекрасных девушек. Предлагаю тебе тоже не скучать. Развлекайся, а после мы обсудим твою… кхм… проблему.
К столику подошли двое гостей. Они вежливо поклонились Офелии – женщина ответила им слабым кивком – и обратились к Артуру и господину Омьену. Между мужчинами завязался разговор о делах Академии, и они отошли в сторону. Граф Эридир пошел за ними.
– Шейн, я бы хотела с тобой поговорить, – подала голос Лукреция.
Я оглянулась и с сожалением обнаружила, что осталась одна среди незнакомцев: Шеонна исчезла сразу, как мы вошли в дом, Шейн скрылся в толпе под руку с Лукрецией, а господин Омьен и Тенлер Эридир погрузились в увлеченную беседу с коллегами.
Внезапно передо мной остановился один из гостей – пухлый мужчина с маленькими карими глазками, скрывающимися за толстыми линзами очков. Он с минуту пристально разглядывал меня, отчего я почувствовала себя неловко, будто была каким-то занимательным экспонатом на выставке диковинок. Я огляделась по сторонам, но не нашла ни единого знакомого лица, за которое можно было уцепиться. Внезапно мужчина схватил меня за запястье и вывернул руку ладонью вверх. Я тихо пискнула от резкой боли и испуга. Ладонь обожгло, казалось, она горит изнутри и сейчас кружевная перчатка вспыхнет ярким пламенем, но под ней лишь слабо засветилась печать. Мужчина подозрительно прищурился.
– Как тебя зовут? – с нескрываемым недовольством спросил он.
– Отпустите! – рыкнула я, сдерживая дрожь в голосе.
Незнакомец слишком сильно сжимал мое запястье – я почти чувствовала, как трещат мои косточки под его мясистыми пальцами. Я готова была оттолкнуть мужчину, но неожиданно чья-то легкая ладонь опустилась поверх моего сжатого кулака и рядом раздался мелодичный тихий голос.
– Что-то стряслось, граф Роу? – поинтересовалась Офелия.
Женщина приобняла меня – я почувствовала дрожь в ее изящной руке, и вес ее тела обрушился мне на плечи.
– Не знал, что в Эллор прибыл Странник, – растерянно пробормотал мужчина: он явно чувствовал себя неловко в присутствии супруги Артура.
– У моего мужа часто бывают гости – иначе как же еще ему изучать жизнь в других мирах? И он не обязан ставить вас в известность о каждом, кого приводит в наш дом. Если вы забыли, Коллегия дала на это свое согласие.
Во время разговора на губах Офелии играла миролюбивая улыбка, но в голосе чувствовались острые иголки льда.
– Да, конечно. – Граф Роу с виноватым видом попятился. – Простите за беспокойство.
И тут же исчез в толпе.
Офелия заботливо провела рукой по моим волосам.