Он успел насладиться видами маггловской части Амстердама, перекусить в
городе и завалиться на ночлег в маленькую частную гостиницу, расположенную в
старинном здании купеческой гильдии, когда крупный незнакомый филин
доставил письмо от Драко Малфоя.
«Привет, Северус! Рад получить от тебя весточку. Надеюсь, что всё у тебя
хорошо.
Был удивлён твоему посланию. Особенно учитывая, как внезапно ты нас покинул
в прошлом году. У нас всё терпимо. Не без проблем, конечно. Но ничего
критичного. Влипаем в передряги, прикрываем друг другу задницы, боремся с
депрессией, как умеем. Загружаемся работой, выпивкой (кто и препаратами),
Поттер постоянно влезает в драки – адреналинщик херов. Забини тихо спивается.
Джорджи, благодаря своей неуёмной энергии, чуть не взорвал Лютный.
Грейнджер изводит себя работой до полного магического и физического
истощения. Я иногда ухожу в загул. Но пока держусь. Всё ок.
P.S. Ты не единственный, кто видит тревожные сны. Мы живём с этим постоянно.
Грейнджер называет это ПТСР. Прорвёмся!
Твой, Д.М.»
Тупо пялясь на пергамент, Северус никак не мог сообразить, что это было.
Словно он получил послание из другого мира, где всё происходит совсем не так.
Или это он сбежал в другой мир, а там всё как прежде? Что это за странная
манера общения у Малфоя? Как будто они близкие друзья с бывшим деканом
Слизерина. А из всех своих друзей он поминает только Забини. Остальное –
Поттер, Джордж (надо полагать, оставшийся близнец Уизли), Грейнджер, снова
Грейнджер. Они что теперь, в одной компании? И что за постоянное упоминание
депрессии, посттравматического стрессового расстройства, алкоголя и, что,
наркоты? Серьёзно? Что творится с молодёжью? По сколько им теперь? По 19-20
лет. И они плотно сидят на стимуляторах… Жуть какая-то.
С другой стороны, если самому Снейпу трудно справляться со своими
тёмными снами, и он вынужден выставлять окклюментные щиты перед сном, то,
что же требовать от молодняка, которые (ну, может, за исключением Драко)
окклюменцией не владеют, со своими страхами бороться их никто не учил. Да и
занимается ли ими хоть кто-то?
В унылом настроении Северус отправился спать. На завтра намечались две
важные встречи, он хотел успеть заскочить и «послушать» стены старинного собора. Приняв душ, Снейп залез под одеяло, откинул голову на подушку, изучая
покрытый тонкими трещинками потолок, и попытался вспомнить, как он глушил
боль во время Первой магической войны, когда ему было столько же, сколько и
его бывшим ученикам теперь – двадцать с небольшим. Да, он тоже пил. Много.
Закидывался зельями, своими, в основном – экспериментировал с эффектами, но
не брезговал и покупными. И если бы Дамблдор тогда не запер его в Хогвартсе,
не взвалил на него кучу обязанностей – он бы не выжил.
Значит, Гермиона Грейнджер доводит себя до магического и физического истощения. По-
прежнему в Мунго? Или ещё где-то работу взяла. Как будто у всех этих ребят
совершенно отсутствуют цели. Или даже мечты, которые звали бы их вперёд.
Неужели из всей этой разношёрстной компании героев войны Северус оказался
самым вменяемым и адекватным? Да, ему тоже время от времени снились рейды
Пожирателей. И просыпался он в холодном поту. Да, он по-прежнему носил
шейный платок и закрытые рубашки (давно предпочтя маггловскую одежду
магической). Но он хотя бы куда-то двигался. Кочевой образ жизни позволял
загружаться массой новых впечатлений, не привязываться к быту. Он не успевал
заработать проблемы там, где останавливался максимум на неделю, а чаще – на
2-3 дня. Всё его время было посвящено исследованию, созерцанию искусства и
запоминанию новых городов и поселений. Но он двигался!
Или убегал? Снейп задумался. Некстати вспомнился сон, когда он так чётко
видел прошлой ночью укор Гермионы «но, ты ведь тоже исчез». Из дома Малфоев
он именно исчез, не прощаясь. Конечно, они должны были найти его прощальное
послание с извинениями и благодарностями. Но ведь это не то же, что проститься
в глаза.
Да, пожалуй, он убегал. Признать это было не просто. Даже, пожалуй, стыдно.
И судя потому, что приступы паники и ночные кошмары стали учащаться,
действие снадобья под названием «новые впечатления» начинало ослабевать.
Сколько он уже в пути? Почти десять месяцев. Чуть меньше, чем находился в
коме. Нет, Снейп не жалел проделанного пути. Он понимал, что если бы остался,
то, скорее всего, сожрал бы себя сам от полного бессилия и одиночества. Но и это
растянутое на десять месяцев путешествие, вероятно, подходило к концу. И ему
нужно было определиться уже со стратегическими целями. Он вернётся. Это уже
ясно. Он чувствовал в этом странную необходимость. Но что дальше? Рутина?
Такая же, на которую жаловались его ученики… Где он будет жить? За время
скитаний он сильно поиздержался. В сейфе оставалось всего ничего. Купить
жильё и оборудовать лабораторию, чтобы варить зелья на заказ он уже не
сможет точно. Снимать? Но варить-то где-то всё же нужно.