Физические сигналы наступающего упадка проявились не сразу. Сначала он
просыпался от удушающих спазмов в горле. Затем стал отмечать странные
капиллярные сеточки вокруг старых шрамов. Через несколько дней они
почернели. Зрелище было то ещё: страшные, рваные шрамы на груди, шее,
рёбрах и животе, которые раньше отражались в зеркале белёсыми полосами,
теперь отбрасывали во все стороны лучи почерневших сосудов. Словно сама тьма
поднималась на поверхность кожи из глубин его естества. Он понял, что умирает,
когда проснулся накануне утром и не смог пошевелить ни рукой, ни ногой. Его
обволакивал смертельный холод, проникал под кожу, пронизывал каждую
клеточку. Словно парализованный, он метался взглядом по всем поверхностям,
боясь открыть рот, чтобы не услышать вместо голоса хрип. Через несколько
минут такой паники тело начало отмирать. Сначала шевельнулись пальцы на
руках, затем слегка потеплели ноги. Через двадцать минут он сидел на краю
кровати и массировал, пульсирующие болью виски. Отчаянно пытаясь вспомнить,
ради чего он живёт. Для чего его вытащили с того света?
Он снова завалился на кровать, не желая больше двигаться. Если ему
суждено умереть вот так, вдали от дома, с незавершёнными исследованиями, без
покаяния и прощения, то пусть так и будет. Он больше не будет убегать!
Поражённый до секундной остановки сердца этой последней мыслью, Северус
открыл глаза. Вот оно, важное! Без покаяния и прощения! Он мог отказаться от
всего остального, мог потерять всё, что когда-то имел. Но покаяние и прощение должно у него быть. Это последнее, за что он должен уцепиться. И он сможет его
получить. Потому, что его жизнь окажется совсем бессмысленной без этих
простых вещей.
- Я хочу вернуться домой, - спокойно сказал он, – Хочу побывать на могилах
матери, отца, Лили и Дамблдора. Хочу проститься с Минервой, Филиусом,
Помоной и Поппи. Попросить прощения у Поттера и Драко. Хочу ещё раз увидеть
её.
В комнате царило молчание. Но он знал, Смерть, что уже притаилась в углу
его комнаты, слышит его. Он не торговался с ней. Он её принял. Это не была
отсрочка. Он просто собирался закончить дела. И, как там, в сказках Барда
Бидля, встретить её, как старого друга и уйти с нею, как с равною.
...
Вечером Снейп аппарировал в Ирландию. Силы оставляли его. От аппарации
он выдохся так, словно несколько часов сражался с целой армией. Но отсюда уже
совсем близко до дома. Завтра он отправится в Хогвартс. Там был его настоящий
дом на протяжении двадцати с лишним лет. Он проститься со всеми, и останется
совсем немного дел. В Лондон он решил явиться в день второй годовщины
победы. Это было бы немного пафосно… Но, почему бы и нет. Зато символично –
день в день! Получит напоследок свою единственную награду – Орден Мэрлина,
возможно, застанет всех адресатов, кого хотел просить о прощении в одном
месте. Да и покончить с этим.
Снейп прикрыл глаза. Похоже на план. Он попытался представить лицо
Грейнджер, обрамлённое взъерошенными кудряшками, побледневшие веснушки
на чуть вздёрнутом носу, красиво очерченные губы, слегка приподнятые уголки в
подавляемой улыбке и удивительные, согревающие теплом и всепрощением
глаза. «Я возвращаюсь домой, Гермиона», – сказал он про себя. «Хорошо», –
улыбнулась девушка. «Ты согласишься выслушать меня?», – она чуть
приподнимает бровь. «Не поговорить? Только выслушать?» Он задумывается на
несколько секунд. «Нет, я тоже тебя выслушаю». «Ладно». «Я тебе противен
теперь?» – замирает в ожидании Снейп. «Как можно быть таким умным и,
одновременно, таким глупым! Конечно, нет!» Она долго смотрит на него, потом
тихо спрашивает: «Ты приедешь попрощаться?», – он опускает взгляд. «Да. Я
умираю». «Почему, Северус?» Теперь он молчит, обдумывая её вопрос. Ей он
обязан этим дополнительным шансом, этим лишним годом жизни. Как он его
потратил? Почему покинул её?.. «Во мне не осталось света, Гермиона. Не
осталось тепла, чтобы жить».