— Прошлый раз ты мне его не показывал, — последовал за ним Янт.
— Я обычно его никому не показываю, — ответил хозяин, выйдя в чистый коридор с каменными стенами и полом и освещённый тусклым жёлтым кристаллом. У стен стояли разномастные ящики. Он прошёл по коридору вперёд и вошёл в грубую деревянную дверь.
За ней начиналось большое помещение. В самом его начале за столом сидел странный человек в длинных одеждах белого цвета с тонкой красной каёмкой по краям. На голове его сияла большая лысина, он сосредоточенно точил длинный серебристый меч.
— Проскор, где Тюринг? — посмотрел на него Ариорис. — Это Проскор Джей — охранник и ассасин, — представил он своему брату человека в белом.
— Сейчас позову, — отозвался Проскор, не переставая точить меч. Затем он громко крикнул. — Тюринг, тебя зовет хозяин!
— Сейчас! — послышался громкий голос и в помещение вошёл мужик лет тридцати пяти с бородой до пояса. В длинном зелёном халате и таком же фартуке. — Я как раз заканчивал ремонтировать ваши часы.
— Это мой брат — Янт Удвинг из далёкого королевства Акос, — представил он брата.
— Я знал, что вы его найдёте, — проговорил Проскор, рассматривая меч.
— Очень приятно! Очень приятно, — закивал головой ремонтник.
Янт решил промолчать.
— Я хочу, чтобы ты починил стену на кухне.
— Будет сделано! — кивнул Тюринг. — Всё в лучшем виде и заложим, и восстановим, и отштукатурим, и обои поклеим.
— Спасибо! — Ариорис подал знак брату идти за ним и пошёл обратно на первый этаж.
В гостиной все сидели на диване и слушали, что говорит Ихебериус, который почему-то крутился около карты Акиота.
-В те годы я участвовал в битве при деревне Вальтепинг в королевстве Рикор, — тонким голосом говорил старик. — Тогда барон Удафельген подавлял крестьянское восстание. Мне даже за это медаль дали! — старик выудил из внутреннего кармана хламиды маленькую бронзовую звёздочку, повертел её в руках и спрятал назад. — Крестьян было очень много и они пёрли на барона, окружённого десятью телохранителями. Люди барона как и сам барон были на конях. Как сейчас это помню, я призвал огненный шар, он стремительно полетел над золотыми колосьями осеннего жита. Какое это было красивое зрелище! Шар стремительно летящий над колосьями обжигая их усы… А потом он попал прямо в барона. Его конь встал на дыбы и горящий барон полетел на землю. Крестьяне заорали и пропёрли на телохранителей. Восстание было выиграно!
— А кто тогда медаль дал? — открыл рот Фойдор.
— Как кто? — ответил старичок. — Губернатор. Барон-то был из королевства Гран, занимался грабительством заграничных крестьян. Вот за его убийство мне медаль и дали и почётную грамоту. А так же крестьяне пообещали век помнить.
— Ольмар! — позвал Ариорис дворецкого.
Ольмар Толад — дворецкий, нанятый ещё бароном, обладал отменным слухом и не заставил хозяина долго ждать и повторять всё два раза.
— Что прикажете? — он появился из двери, ведущей в хозяйственные помещения.
— Скоро будет накрыт стол? — недовольно спросил Ариорис.
— Через полчаса. Не раньше, — сурово ответил Ольмар. — Кушанья еще не готовы!
— Тогда принесите сюда вино, чай и печенье. И скажи Королю пельменей, чтобы поторапливался!
— Будет исполнено! — чинно сказал дворецкий и удалился.
Через несколько минут дворецким и горничная принесли пару бутылок вина и бокалы. Затем было подано печенье с чаем.
— Не думал, что мой второй сын окажется вот таким вот скупердяем! — громко произнёс Эдэлин. — Ни королевского приёма, ни ужина при свечах!
— Я не скупердяй! — возмутился хозяин. — Ты просто требуешь слишком много от обычного акиотского жителя.
— Ты не обычный акиотский житель — ты аристократ! — поправил его отец.
— Тогда уж аристократ, находящийся на грани разорения.
— Да, — подтвердил Понэй. — Денежек у него осталось только на два года.
— Не надо говорить, на сколько у меня осталось денег. На два года или на год, — обратился к Понэю хозяин. — Всё зависит от того, как я их буду тратить.
Потом вдруг неожиданно опять появился повар, только уже в закопченном халате.
— Стол готов! — сказал он довольным голосом, накручивая ус на палец.
— Отлично. Проходите! — обрадовался Ариорис, идя к столовой.
В момент условного вечера Янт сидел на крыльце в заднем дворе особняка и смотрел на усиливавшийся дождь, обильно орошавший сад и маленький квадратный пруд, обложенный по периметру белой плиткой. Капли дождя собирались на листах кувшинок и лилий, а затем стекали в маленький водоем.