— Где Рёрик?
— Сверр, не знаю я, и никто в городе не знает.
— У него сегодня свадьба, а его нет?
— Он как вернулся с похода, куда то всё время уходил, свататься сходил в Плесков и все, пропал. То на семь дней, а то на десять. Куда мне не ведомо, спрашивал его, не говорит, злится только.
Я задумался, было похоже Рёрик жениться не собирается.
— А кривичи в городе, князь с дочерью? — беспокойство одолевало меня.
— Да, готовятся к свадьбе, князь тоже хватился нашего конунга. Даже не знаю, состоится ли свадьба, — Ангар тяжело вздыхает.
— Хочу говорить с князем Владдухом. Я и мои ближние в город войдут, а дружина у ворот останется.
— Хорошо, конунг.
Я с десятком своих людей вхожу в ворота и направляюсь с Ангаром, к дому, в какой поселились князь кривичей с дочерью.
— Добра, князь — приветствую я Владдуха.
— Конунг, ты зачем на мой город напал? — вместо приветствия говорит князь.
— Я не тронул твой город, искал там, а нашёл здесь.
— Ты о чём конунг?
— Давай в дом войдём, разговор у меня к тебе.
Князь исподлобья посмотрел на меня, но всё же пошёл в дом, а я за ним.
— Владдух, ты желаешь своей дочери счастья? — спросил напрямую, не стал заходить издалека.
— Ты о чём конунг? — он поднял удивлённо брови.
— Я люблю твою дочь, и она меня, отдай мне её в жёны.
— Что? — князь, не ожидал такого.
— Ты о чём, она засватана за Рёрика, — князь гнул свою линию.
— Сам с Рёриком разберусь, ты дай добро.
— Нет, всё уже решено… А откуда ты знаешь мою Ясину? — Владдух смотрел напряженно на меня.
— В пять лет она пришла в мою поселение. Росла на моих глазах, я воспитывал её вместе со своим сыном. А когда заневестилась, понял, что в ней моё счастье.
Князь встал из-за стола, нависнув надо мной, а я продолжил.
— Никогда не думал, что смогу так кем-то дорожить, Ясине бы я никогда не причинил вреда. И не причиню, всё к её ногам, она смысл моей жизни. Ты князь, не прав, Ясинку я б никогда не стал неволить.
— А что Ясина? — князь сел на лавку и смотрел на меня.
— Любит, сама сказала, — я на миг вспомнил, что он шептала, нашей единственной ночью.
Князь потер рукой лоб, сидел задумавшись.
В этот миг распахнулась дверь, и прямо с порога Рёрик проговорил:
— Князь, не могу я жениться на твоей дочери.
— Что так? — ответил Владдух и повернув голову, проговорил мне.
— Ты что ли уже всё обговорил?
Мы с Рериком посмотрели друг на друга, но так и не поняли о чём Владдух.
— Рёрик поговорим давай, — показал на дверь и мы вышли.
Возле дома я заметил незнакомых мне людей, и это были не викинги и не кривичи. Они стояли немного в стороне, но внимательно смотрели на нас, большинство из них были светловолосые. Я обвел их взглядом и заговорил с Рёриком.
— Рёрик, я хочу…
— Постой Сверр, не уговаривай. Я полюбил другую, свадьба будет, но я женюсь на Прекрасе, княжне словен.
Удивление и вместе с тем радость, озарили моё лицо.
— Нууу, что ж, поздравляю, — проговорил и похлопал друга по плечу.
— Как теперь быть, с кривичами? Князь не простит меня, что делать? — это Рёрик.
— Я женюсь на княжне Ясине, думаю Владдух даст добро. Пошли поговорим с ним. Да, а кто эти люди во дворе? — я обернулся и посмотрел на светловолосых чужаков.
— Словени, князь Младен с ними, они пришли со мной и Прекрасой.
— Младен среди них? А как же Новый город, ты ж хотел его завоевать?
— Младен отдал мне его в приданное. Так что не в убытке, но поверь я бы и сам отдал за Прекрасу всё на свете.
— Коль так, нужно примирить князей кривичей Владдуха и словен Младена. Может быть они примирятся на свадьбе своих дочерей, — я подумал, так было бы лучше.
— Хорошо бы, нужно постараться, — поддержал меня конунг Ладоги.
Ладога, свадьба.
ЯСИНА
Когда обряжающие меня в свадебные одежды, девушки ушли. Я принимаю все приготовления, опустив голову, смотреть на себя мне было невмоготу. Шум в городе усилился, было слышны выкрики, ржание лошадей.
Ничего не понимаю, но это не важно. Меня уже ничего не беспокоит, безразличие опускается на меня. Я сижу в горнице, ожидаю что придут за мной и поведут к ритуальному, священному камню варягов. Но отчего то идёт задержка, и я принимаю это за знак судьбы. А судьба сама мне дает отсрочку. Срываюсь и бегу к двери, убегу в лес. Не хочу, не хочу…
Подбегаю к двери, и в этот миг она открывается, на пороге отец, а за его спиной Хват.
— Доча, всё будет хорошо, успокойся.