Дышать становится тяжело, к горлу подступает ком, пытаюсь его проглотить. Чувствую, как становится жарко и на глаза наплывает темнота.
В глазах меркнет свет, и гулко бьется сердце, и я погружаюсь в тишину…
Глаза открываю, темно вокруг. Где я? Оглядываю силуэты в темноте.
Я лежу явно в избе, ощупываю на чём лежу, мягкое что-то под рукой. Странные ощущения сдавливают грудь, вспоминаю, обнимающего меня князя.
Не уверенна, что это был князь. Да и странно, что назвал меня — "дочей". Или мне уж тогда стало плохо, верно послышалось мне.
Поднимаю голову, смотрю и точно лежу я на широкой лежанке, мехами застелена, от того и мягкая. Пытаюсь привстать и вижу как в этот момент, рядом кто-то вскакивает и устремляется ко мне.
— Пришла в себя, княжна! — орет женский голос так, что я чуть не подпрыгиваю, хватаюсь за край, боюсь с лежанки, как бы не свалится.
Надо мной склоняются, и я вижу лицо девушки, примерно моей ровесницы.
За дверями, где-то в коридорах. послышался шум, грохот, похоже, что-то упало. У меня округляются глаза, и у девушки, что смотрит на меня, уж точно округлились. Мы обе шумно выдыхаем.
Именно в этот момент, распахивается входная дверь и на пороге появляется князь, хотя я не уверенна, что это князь.
— Зажги огонь, — произносит, и девушку, точно ветром сдувает.
Он мечется из угла в угол, поджигает два маленьких факела и две лучины у стен. Комната наполняется светом, и я перевожу взгляд с девушки на мужчину, который приближается ко мне.
— Ты лежи-лежи Ясина. Пить или кушать может хочешь? — произносит с беспокойством в голосе.
Я смотрю на него, но молчу, будто онемела.
Он тянет руку к моему плечу, прикасается одними пальцами., а я вздрагиваю и смотрю на его руку.
— Боги вернули мне тебя, Ясина.
— Ты князь? — задаю вопрос, чтобы хоть что-то понять.
— Князь, доча. А ты княжна.
Он говорит спокойно, а меня от этих слов, будто ледяной водой обдает. Бросает сначало в холод, а затем жаром, как во время болезни.
— Но ведь…Почему так решил?
— Ты сильно на свою покойную мать похожа, и имя твоё…
— Нет, думаю ты ошибаешься… Мало ли кто на кого похож.
Он качает головой, а потом произносит:
— Нет, я не ошибаюсь. Ты отдохни немного Ясина, мы поговорим об этом позже. И не бойся, тебя больше никто не обидит.
Он выходит, а я провожаю его взглядом и прикрываю на миг глаза, с шумом выдыхаю и устремляю взгляд на рубленный потолок.
Мне вдруг нестерпимо хочется уснуть, и оказаться возле дома конунга в поселении гётов, пусть уж весь этот ужас закончится и я вернусь, как раз к возвращению Сверра из похода.
Заставляю себя подняться, хоть и чувствую слабость в ногах. Медленно иду к двери, открываю и выглядываю в щелку, никого. Мысли сбежать, меня ещё не покинули и потому тихо, но быстро прошмыгнув, оказываюсь в больших сенях, и приблизившись к крыльцу, вижу в щели яркий солнечный свет. На дворе утро, светло, но я всё же решаюсь попробовать бежать.
Распахиваю дверь, и сделав шаг налетаю на мужчину. От неожиданности начинаю падать, но меня хватают за руки и удерживают.
Почему же я такая несчастливая? Надо же было не раньше выйти и не позже, натыкаюсь я на князя. Он смотрит на меня напряжённым взглядом, и я вижу, как его взгляд теплеет, становится мягче.
— Доченька, что ты встала, отдыхала бы, — берёт меня за руку и тянет внутрь избы.
— Всё, я сказал своё слово. Хор, разберись и не тяните, — это князь повернувшись, кому-то.
— Князь, прости, помилуй… У меня пять ртов останутся…
Это не громкий мужской голос, но от этих слов у меня дрожь.
Вцепляюсь в руку князя, и шепчу:
— Прошу, отпусти его, не губи… Ради меня, если дорога…
Князь замирает, брови хмурятся, но не надолго. Он смотрит на меня изучая, пытаясь, что-то про меня понять. Потом громко говорит, так что все вокруг слышат.
— Хор, отпусти Гдана. Пусть все знают, его помиловала моя дочь княжна Ясина.
Я от этих слов, он уверенности в его голосе, у меня вновь начинает всё кружиться перед глазами.
— Идём в избу, тебе лежать надо, — говорит, а сам, меня на руки поднимает.
— Совсем пушинка, как в детстве, когда маленькой была.
Он говорит, а я начинаю плакать, утыкаюсь ему в рубаху на груди. Начинаю выть, накопилось во мне, хочется выплакаться, хочется чтобы пожалели.
— Тише, тише. Всё Ясинка моя, ты дома, дома. Намучилась, намаялась моя маленькая.
Успокаивает, гладит по голове, по плечам. Прижимает к себе и тихонько баюкает.
— Ясина, доча…