- Взял отпуск. Хотел сделать сюрприз, - улыбнулся мужчина.
Мать, в негодовании хватая ртом воздух, снова завопила:
- Я всё ещё против его присутствия в этом доме! И в этом городе! И вообще!...
- Замолчи, Луиза, - подала голос Анабет. – Этот дом – мой. А твоей дочери нужен её отец.
Луиза уязвлённо поджала губы и по-детски обиженно плюхнулась на диван.
- Через мой труп он будет спать под этой крышей.
Клиф закатил глаза.
- О, за это можешь быть спокойна. Я остановился в мотеле неподалёку.
Хейли сияла, не обращая ни малейшего внимания на родительские перепалки. Она не видела папу около двух месяцев и ужасно скучала. Клиффорд был для дочери не просто отцом, но и лучшим другом.
- Я рада тебя видеть, пап.
- Я тоже скучал, родная, - он снова обнял её, приглаживая растрепанные по спине длинные локоны того же цвета, что и у него. – И у меня для тебя отличный подарок к началу учебного года.
Он протянул девушке брошюру с изображённым на ней красочным горным пейзажем.
- Национальный парк Маунт-Рейнир, Вашингтон, - прочла она вслух и широко улыбнулась. – Когда едем?
- В пятницу, - улыбаясь, ответил отец.
Луиза снова попыталась возмутиться, но её уже никто не слушал.
“Папин приезд – словно недостающая деталь огромного пазла. А главное, мы едем в Вашингтон! И у меня, наконец, будет возможность проветрить голову и от Орегона, и от Грэй-Лили, и от некоторых людей”.
Но, под “некоторыми людьми”, само собой, подразумевалось одно лишь единственное имя.
XXI
Хейли, прости
Тебе, наверное, здорово досталось
Мне не следовало приходить
Не знаю, что на меня нашло
Я так скучал
Прости, что у тебя снова неприятности из-за меня. Мне жаль, правда.
*Сообщение не доставлено*.
- Ну, само собой, - вздохнул Аарон. Он и не надеялся, что сможет достучаться до неё, более того, уже и не был до конца уверен, стоит ли вообще продолжать это делать. Им овладевала какая-то по-детски капризная злость на весь мир, но, в первую очередь, на самого себя. Парень покрутил перед глазами обездвиженной правой кистью сломанной руки и стиснул зубы.
- Без смещения – уже хорошо, - вспомнились слова врача, наложившего гипс. – За месяц срастётся.
“Четыре недели бесполезного жалкого существования”.
О работе и других любимых занятиях, разумеется, можно было забыть. Только и оставалось, что бестолково ходить из угла в угол по собственному дому или скитаться по городу, снедаемым собственными дурными мыслями. Аарон схватил наугад потрёпанный томик одной из немногочисленных имеющихся у него книг и раскрыл на случайной странице, намереваясь отвлечься, но слова никак не хотели собираться в цельные предложения. Он пробегал глазами по строчкам на одном листе по несколько раз, чтобы хоть немного уловить смысл того, что читает, словно и не перечитывал всё это до дыр ранее.
“Если все равно ничего нельзя сделать, незачем доводить себя до безумия” – взгляд зацепил красноречивую фразу.
Парень хмыкнул и наконец взглянул на переплёт книги, которую держал в руке. “Триумфальная арка”.
- Приношу свои извинения, господин Ремарк, но только вас ещё сейчас не хватало.
С чтением тоже не задалось. Он закрыл глаза в попытке задремать – единственное, что в последние дни получалось отлично и не доставляло никакого дискомфорта, а также прекрасно помогало избежать реальности – и на несколько минут у него это получилось, но вскоре парня разбудил звонок в дверь. Аарон и не думал пошевелиться – мало ли, кто днём мог наведаться к маме, и повернулся на бок, накрыв голову второй подушкой с цельюнемедл продолжить прерванный дневной сон. Но повышенный тон голоса пришедшей гостьи определённо говорил о том, что что-то не так. Парень прислушался.
- ...не могу это так оставить...
- ...попроси Лиама...
- ...вы должны повлиять на него, если по-другому не получается...
Внутри похолодело. Низкий женский голос совершенно очевидно принадлежал Анабет Стоун.
“Какого дьявола?!”