Только теперь я поняла, что ни в одних объятиях я не смогла бы чувствовать себя такой защищённой, как в руках моего отца. "Как я могла подумать отказаться от него?", - подумала я и заплакала.
- Ну ну, хорошая моя, не надо плакать, всё уже позади, ты со мной,- успокаивал меня он.
- Папочка, я тебе должна всё рассказать,- рыдала я на его груди,- я была такой дурой, почему я тебя не слушала.
- Ничего, ничего, это моя ошибка, это я виноват, что не отправил тебя в надёжное место,- говорил отец,- ведь граф меня предупреждал.
- Что? Граф тебя предупреждал? О чём? - спросила я, перестав рыдать.
- Потом я всё объясню тебе,- ответил он и обратился, к подошедшему к нам Мещерскому,- Владимир, поедемте с нами. Вам придётся пожить с нами какое-то время, потому что я не успел снять вам жильё.
- Не волнуйтесь, Пётр Александрович, я устроюсь в казармах при посольстве,- произнёс граф.
- Нет, это не правильно, граф. Полковник не может спать вместе с солдатами, - заявил отец и добавил,- вы мне здесь очень нужны, но об этом позже.
Мы сели в экипаж и отправились в район Российского посольства. Ехали молча, каждый из нас думал о своём и каждый хотел поговорить без свидетелей: я с отцом, отец с графом, граф со мной, но мы были все вместе и просто разговаривать о погоде никто не хотел.
Когда мы подъехали к дому, у входа меня уже ждала Василиса.
- Слава Богу! Анна Петровна, жива и здорова,- воскликнула она и всплеснула руками, увидев меня.- Устали поди с дороги? Пойдёмте, я вас в ваши покои отведу.
Я была очень рада снова увидеться c моей служанкой, которая, как и Максим, воспитывала меня с тех пор, как умерла моя мать. Мне хотелось узнать, что произошло в миссии за время моего отсутствия, поэтому я с радостью последовала за ней, оставив мужчин одних.
Моя новая комната была намного больше той, что я имела в Агри. Здесь даже оказалось место для моего пианино, которое в миссии мы вынуждены были оставить в приёмном зале. Ванная теперь находилась в комнате, а не как раньше в коридоре и мне не нужно было делить её с отцом. А ещё теперь у меня был свой выход на большой балкон.
- Это просто чудо!- воскликнула я, оглядывая комнату.
- Да, теперь можно хоть танцевать,- улыбнулась Василиса. - Может ванну примешь с дороги-то, до обеда ещё час, успеешь.- Oна, как и Максим, соблюдали субординацию только на людях, а наедине мы были семьёй.
- Хорошо,- согласилась я,- и то правда, на корабле негде было мыться.
В этот момент я вспомнила торс графа, когда он в бочке мылся и снова невольно покраснела. "Надо бы поговорить с Василисой о том, что со мной происходит последнее время,"- подумала я, погружаясь в тёплую воду.
После блаженного омовения, смыв с себя всё негативное за прошедшие десять дней, я вернулась в комнату, где Василиса уже приготовила мне подходящее платье для обеда. Она помогла мне одеться и причесала мои волосы. Я посмотрела на себя в зеркало и пришла к выводу, что этот наряд мне подходил намного больше, чем то роскошное зелёное платье наложницы. "Спасибо Боже, что не дал мне совершить ужасную ошибку",- поблагодарила я Господа про себя, совсем выкинув из головы, что это благодаря графу и казакам я находилась сейчас с отцом, а не в гареме Исмаила.
Я спустилась и пошла исследовать первый этаж моего нового дома. Само здание в размерах не отличалось от русской миссии в Агри, но теперь не нужно было весь первый этаж отводить под официальные помещения, здесь не было ни парадного зала, ни большой столовой, ни комнат для Ворона и драгoманов, так же отсутствовала допросная, канцелярия и прочие кабинеты. Поэтому дом мне показался огромным.
- Так ты думаешь, что наместник связан с англичанами?- услышала я голос отца.
- Да, я думаю, что без их помощи ему не удалось бы поймать Анну в ловушку. - ответил граф.
"Он врёт, это он работает на англичан!"- возмутилась я в душе, но продолжила молча подслушивать.
- Тогда кто убил твоего агента?
- Не знаю, это остаётся загадкой для меня. Он шёл предупредить меня о том, что затевалось, но не успел. Мы должны были встретиться у доков, но его сообщение было так важно, что он попытался добраться до миссии. Если бы я узнал раньше, что Анне угрожает опасность, я отослал бы её в тот же момент, но тогда меня заботило сохранение инкогнито моего человека. Я потерял время отправляя его тело семье. Простите, Пётр Александрович, - услышала я. - Я попытался выяснить по горячим следам, но ничего не нашёл. Скорее всего там был замешен, кто-то третий.
- Не кори себя, мне самому надо было об этом подумать, им известно, что она моё слабое место,- вздохнул папа.- Но главное, что ты её мне вернул живой и здоровой.
- Да, но сфабрикованное дело об убийстве, ещё не закрыто, поэтому я предлагаю, если вы ещё не передумали, жениться на ней и с новыми документами отправить её в Санкт-Петербург к моему отцу.