На богослужении были все, включая жениха. Отсутствовали только мой отец и я. Мы приехали к венчанию. Когда я, опираясь на руку папы, вошла в помещение и меня подвели к алтарю, там уже стоял мой жених в чёрном с красной грудью мундире полковника, украшенный обшивкой золотым галуном и золочёными пуговицами, на груди красовались два ордена. "Да он герой!"- подумала я, когда священник дал мне в руки свечу. Церемония началась, а я украдкой рассматривала того, кого через несколько минут должна была назвать своим мужем. Так как я стояла с его правой стороны, шрама не было видно. "Высокий, статный, с гордой осанкой, длинные пальцы, сильные руки, - я как-будто впервые смотрела на него и изучала каждую мелочь,- грудь, ах да, я её уже видела!" Вспомнив его голый торс, я моментально покраснела, но фата скрыла моё пылающее лицо и я продолжила исследование. "Сильная шея, волевой подбородок, прямой нос, густые ресницы, брови слегка изогнутые, высокий лоб. А он и правда красив!"- сделала вывод я. Раньше я этого не замечала, потому что после того как он убил моего верного друга, видела только ужасный шрам на другой стороне лица, который мешал мне разглядеть эту. Тут священник спросил меня о моём добровольном решении взять в мужья графа.
- Да, - ответила я и это было истинной правдой. Я желала, но не замуж, а забыть всё и уехать далеко-далеко, чтобы остаться одной.
Священник от имени Бога нашего нарёк нас мужем и женой, граф уверенно надел мне кольцо нa пальц, а я дрожащими pyками ему. Потом он откинул вуаль и я ощутила его губы на своих. Он снова меня целовал, но не так неистово, причиняя боль, как на корабле, а нежно касаясь. Оторвавшись, он не сказал ни слова, зато все остальные высказывали мне, как я счастлива и как мне повезло с мужем. "Боже! Что теперь будет? Как мне жить дальше?"- вопрошала я с мольбой у всевышнего.
После церемонии, уже опираясь на руку моего мужа, я проследовала в приёмный зал на первом этаже, где всё было готово для праздничного банкета. Граф помог мне сесть и сам расположился рядом. Теперь я оказалась по его левую сторону и ужасный шрам напомнил мне о том, кто стал моим мужем. Я не понимала, какие чувства во мне он вызывал. Я его боялась. Почему? Потому что он хладнокровно выстрелил в голову Грома? Не смотря на то, что мне объяснили, что его вины в том не было, не могла я забыть тот холодный, жестокий взгляд, хотя oн никогда ничего плохого мне не делал, если не считать того поцелуя на корабле. Он даже в некоторых моментах мне помогал, потому что не сказал отцу о моём неудавшемся побеге и я полагала, про то, что я была у Исмаила целую неделю, тоже. Почему он вызывал во мне страх? Его шрам, конечно не красил его лицо, но я видела и более жуткие раны. Что было в нём такого, что вызывало во мне почти панику, особенно, когда он меня касался. Я будто подсознательно ощущала, что он снова причинит мне боль, а вспомнив, слова Василисы, я побледнела и вилка, которой я размазывала пюре из баклажан по тарелке, выпала из моих рук.
- Что с вами, Анна, вам не хорошо?- с тревогой спросил граф.
Впервые я увидела в его глазах беспокойство и ещё что-то тёплое, а не вечную мерзлоту.
- Нет, просто нервы, вы должны понять. Я никогда, я не знаю, - пролепетала я, не отводя моих глаз от его.
- Не волнуйтесь Анна, всё будет хорошо,- сказал он, взял мою руку в свои, поцеловал и добавил шёпотом, - я тоже очень боюсь.
- Вы? - удивилась я.
- Я, для меня эта свадьба тоже первая, я боюсь, как у нас всё выйдет,- ответил он и улыбнулся.
Странно, но меня это успокоило, по крайней мере до того момента, когда Василиса пришла за мной, чтобы отвести в спальню и приготовить меня к неизбежному.
Глава 25.
Василиса привела меня в ту часть здания, что принадлежала графу Мещерскому, отныне моему мужу. Я зашла в спальню и она оказалась точной копией моей комнаты, только вместо пианино стоял большой секретер со множеством ящиков.
- Проходи, Аннушка, граф позаботился, чтоб завтра же все твои вещи сюда перенесли,- сказала Василиса,- а пока я тебе вот здесь, платье на завтра приготовила.
- Ох, Вася, мне до этого ли сейчас, я даже представить не могу, переживу ли я всё это,- воскликнула я.
- Как сказал батюшка, все проходят через это и ты тоже пройдёшь,- сказала она, помогая мне снять подвенечное платье.