Возвращаясь в экипаже домой, Владимир рассказал мне, что после окончания учёбы при генеральном штабе, он два года служил атташе в Вене, а потом ещё два в Туркменистане, пока его не направили в Агри.
— Значит ты познакомился с Авророй Солер в Вене? - спросила я, непонятно зачем, когда ответ и так был очевиден.
Иногда, мы, женщины, задаём вопросы, ответы на которые мы знаем наперёд. В большинстве случаев они нам не нравятся, но мы, как заядлые мазохисты, задаём их всё равно, в надежде услышать не правду. Объяснения этому феномену нет и никогда не будет. Такова наша природа.
- Да, я познакомился с ней в Вене, на одном благотворительном вечере. Она там пела. - ответил Владимир, стараясь не вдаваться в подробности, но меня уже понесли лихие кони ревности и остановить их не мог никто.
- Ты любил её?
- Я был влюблён в неё, но понял, что она не та женщина, которая мне нужна, - ответил он, понимая, что врать не имело смысла. Я видела, как она умоляла его не жениться на мне и остаться с ней. - Мне нужна ты, Анна. Только ты наполнила моё сердце любовью и нежностью с того момента, когда я впервые тебя увидел в коридоре миссии. Ты шла из кабинета твоего отца. Солнце осветило твоё лицо, и ты зажмурилась, сладко улыбаясь. Тогда я понял, что ты будешь моим солнцем, согревающим мою душу.
Он приподнял мою вуаль и нежно коснулся моих губ.
- Тебя волнует, что я мог любить другую женщину? - спросил Владимир с победной улыбкой, заглядывая мне в глаза.
— Вот ещё! - фыркнула я.
Hе хотелось, чтобы он узнал, что меня это задело. Мне бы надо было остановиться в этот момент, но меня уже несло на волнах безрассудства, поэтому добавила:
- Тебя же не волнует то, что я люблю другого!
Муж отпустил мою руку и откинулся на сидении. Вот тут мой разум вернулся, но было уже поздно. Я сама разорвала тонкую нить, которая начала нас связывать. В одну секунду между нами встала ледяная стена, хотя и сидели мы рядом. Я не просто его оскорбила этими словами. Я отняла у него надежду. Владимир не сказал ни слова до самого дома и только, когда мы подъехали, он попросил извозчика подождать его. Он проводил меня в столовую, вручил мне коробку с пахлавой и произнёс:
- Мне следует вернуться в посольство. Отдыхай. Я тебя не потревожу.
- Владимир! - попыталась я остановить его, но он быстрым шагом вышел из столовой и направился к выходу.
Мне было плохо оттого, что я обидела его. За эту неделю, что я была замужем, мыслей об Иcмаиле в моей голове появлялось всё меньше и меньше. Я не смогла бы с точностью утверждать, что продолжала до безумия любить сына наместника, как раньше, потому что сейчас я не сбежала бы к нему из дома. Будто моя бешенная любовь к нему осталась в Агри, а здесь мой мозг полностью заполнил Владимир.
Я стала его узнавать, словно он был незнакомым человеком, и мне нравилось то, каким он мог быть, когда снимал свою непроницаемую маску. Он просил меня быть честнoй, а сам постоянно скрывал что-то. Он говорил мне о своей любви, но я не верила, вернее не до конца. Как-то всё было слишком вежливо и размеренно. Мне не хватало головокружительной страсти, и в тоже время, его глаза позапрошлой ночью меня испугали.
Пол ночи я не могла заснуть, думая о Владимире. Меня раздражало то, что я не могла знать, о чём он думает, что творилось в его сердце.
То, что я тоже из-за стыда или смущения не была с ним откровенна, в тот момент меня не волновало. Вернее, я даже толком не понимала, что я чувствовала к нему и выразить в речевых оборотах, весь тот сумбур, что творился в моей голове, было невозможно. Я злилась на мужа, потому что не могла разобраться в себе.
Глава 34.
Утром меня разбудил интенсивный аромат роз. Я открыла глаза и ахнула от удивления. Вся спальня была заставлена вазами с великолепными цветами всех оттенков, а на стуле лежало, красиво расправленное, платье, которое я видела вчера в одном из магазинов. Сомнений никаких не было — это дело рук моего мужа, а раз так, то он на меня не сердится.
Я подскочила с кровати, умылась и одела его подарок. Было очень приятно чувствовать себя, как цветочная фея в своём замке цветов. Я закружилась в вальсе между вазами, напевая один из модных мотивов, и не заметила, как в комнату вошла Василиса.
- Ах! Как красиво! - всплеснула она руками, — Вот, что значит влюблённый мужчина!
- Доброе утро, Вася! - поздоровалась я и тут же спросила, - А где сам граф?
- Так, это, - замялась Василиса, - он, это, уехал он.