Три месяца меня не было в столице, и я не знал, что в правительстве произошли изменения. Султан снял с должности бывшего визиря, обвинив его в измене, а на его место был назначен Махмуд Недим, наместник Агри и отец Исмаила. Теперь у меня не было никаких сомнений, что за похищением Анны стоял именно он. Я не был уверен, что новый визирь был в курсе того, что сделал его сын, но мог предположить, что Недим был заинтересован в ослаблении позиции войны в нашей делегации в Вене.
Ясим отправился искать своих людей, чтобы с их помощью узнать что-нибудь об Анне, а я прямиком пошёл в наше посольство. Войдя в здание, первое, что я услышал были сочувствующие слова о смерти моего тестя и слухи о его самоубийстве, что просто покоробило меня. Даже если это было и так, то Игнатьев не писал, что его смерть была самоубийством, наоборот, он настаивал на убийстве. "Откуда они это взяли?" - подумал я, но прочитав несколько английских и французских газет, которые наперебой кричали об одиночестве воинственно настроенного российского посла, я понял, что эту идею они раздували намеренно. В открытую они не говорили, что мой тесть застрелился, но утверждали, что Мальцев был найден мёртвым в своём номере отеля в Вене.
Мальцев, как и Игнатьев, был ярым противником соглашения о мире между Сербией и Турцией, который совершенно не привёл бы к улучшению положения сербов и черногорцев, в отличие от других представителей дипломатической делегации, которые боялись открытого столкновения с Османской Империей, которую поддерживала Англия и Франция. Поэтому потеря Мальцева оставляла позицию Игнатьева в меньшинстве. "Пётр Александрович знал об этом и не мог оставить своего начальника одного. Он был достаточно твёрд в своих убеждениях и прекрасно понимал, что я не позволю издеваться над моей женой." - подумал я и выкинул из головы идею о его самоубийстве. - "Значит, его на самом деле убили. По приказу Недима? По приказу султана? Или это был кто-то из наших? А теперь рисовали, что он покончил с собой. Только я и Игнатьев знаем, что такой человек, как граф, никогда не поддался бы слабости. Хотя они правильно рассчитали, ведь после той фотографии, я тоже подумал о его самоубийстве."
Чем больше я думал, тем яснее понимал, что фотографию сделали специально для меня, чтобы даже вопроса не возникло о причинах якобы самоубийства Мальцева. Я снова достал её из кармана жакета и теперь внимательно разглядывал мою жену. Я увидел, что выражение её лица больше говорило о злости, чем о боли. Ступни ног также не имели следов ударов. Её не били! Это была постановка, как и с убийством персидского торговца. Поэтому Игнатьев просил меня о личной встречи в Санкт-Петербурге. Он не доверял никому и хотел предупредить меня о возможном предателе среди членов делегации.
Разбирательством убийства Петра Александровича и поиском предателя я решил заняться позже, сначала мне нужно было найти Анну. После всего, что я узнал, никаких сомнений у меня не осталось, что Анна в руках Исмаила. Первым порывом было поехать к нему и потребовать мою жену, что я и сделал.
Исмаил по рекомендации своего отца теперь занимался безопасностью султана. Этот факт меня ещё больше убедил в том, что Анна была у него.
Без тени сомнения я вошёл в его кабинет.
- Что привело ко мне представителя дипломатической службы русского государя? - спросил он, поднимаясь из-за стола и ехидно улыбаясь.
- Моя жена, - резко ответил я. - Я знаю, что ты её держишь против её воли и отлично понимаешь, чем это грозит тебе, если ты сейчас же не отпустишь её.
- Как я мог держать у себя вашу жену? - наигранно изумился он. - Ведь на сколько я знаю, ваша жена, будучи обвинённая в убийстве персидского подданого, незаконно покинула Османскую империю и, как я понимаю, не без вашей помощи.
- Не держи меня за дурака. - я достал фотографию и протянул её Исмаилу. - Это она.
- Вы ошибаетесь, достопочтимый граф, эта женщина турчанка, вдова, обвиняемая в прелюбодеянии, за что и понесла соответствующее наказание. - сказал он, наблюдая за мной.
- Ты думаешь, что я не узнаю мою жену? - засмеялся я.
- Я не понимаю, о чём вы говорите, дорогой граф. Ваша жена не находится в Турции, потому что в противном случае, она бы сразу предстала бы перед судом за убийство.