- Поэтому я хочу, чтобы ты передал документы Голицыну.
Теперь я отлично понял его задумку. Князь Голицын был, пожалуй, единственным человеком, который имел вес и большее влияние на государя. К тому же он был совершенно не согласен с военной компанией против Османской империей, не без оснований, потому что Россия не была готова, и предполагал, что с турками можно договориться. Но он совершенно не понимал, какой прессинг был для наших торговых кораблей, и какой террор был в Болгарии, который я видел своими собственными глазами.
- Немедленно отправиться в Санкт-Петербург не получится, - спокойно произнёс я, - прибытия русских кораблей последнее время отслеживается и нужны разрешительные документы для прохождения проливов, которые должен подписать сам султан.
- Об этом не переживай, ты отправишься в Батуми на французском судне.
- А тебе не покажется это странным? Ведь все наши атташе передвигаются, только на зафрахтованных Россией кораблях. - спросил я с издёвкой.
- Нет, это судно будет перевозить кофе для России, а ты поедешь как сопровождающий. Надеюсь, не составит труда добиться этой почётной службы? - засмеялся ехидно Исмаил.
Я лихорадочно думал, что можно было бы сделать, чтобы отсрочить мой отъезд. Я не мог оставить мою жену здесь, как и выполнить это задание. Двойное предательство было неприемлемо для меня.
- Ладно. Я попытаюсь сделать всё, чтобы меня направили туда, но ты разрешишь, чтобы мой врач осмотрел Анну. Я должен быть уверен, что ребёнок находится в безопасности. - спокойно сказал я, - Анна без ребёнка не имеет значения для меня. Я же знаю, что она влюблена в тебя как кошка, так зачем мне неверная жена. Так что единственная ценность от неё — это мой ребёнок.
- О! Я отлично тебя понимаю. Женщины могут быть разные, а вот дети - это другое, они твои.
- Значит договорились?
- Да. Можешь прислать твоего доктора.
Глава 54.
Анна.
Я упала на колени от достаточно сильного удара в спину и, повернув голову, увидела Василису. Она лежала на боку возле меня.
- Беги, - прохрипела она и из её рта полилась струйка крови.
- Вася! Что с тобой? Как ты здесь? - крикнула я, не понимая, что происходит и откуда взялась моя служанка.
- Беги, - уже прошептала она и закрыла глаза.
В этот момент Степан подхватил меня и понёс к коляске, но не успел он сделать и двух шагов, как из ворот к нам бросились ещё солдаты.
- Садись в коляску и езжай в посольство, твой муж тебе поможет. - сказал он, опуская меня на землю, - я попытаюсь их задержать.
Я побежала к коляске и почти схватилась за поручни, чтобы залезть на козлы, как чьи-то сильные руки меня оторвали от заветной цели. Солдат перекинул меня через плечо, я пыталась вырваться, но в этот момент вниз, под ноги солдата покатилась голова Степана. Я закричала от страха, от боли в животе и от кошмара, который спровоцировала сама. "Боже! Спаси меня!"- взмолилась я и свет выключился.
- Кто стрелял, собаки! Вы её ранили? - услышала сквозь туман крик Исмаила.
- Нет, я убил только женщину, это другая кровь, - сказал кто-то.
- Чёрт! Она теряет ребёнка графа! Зовите Далму быстрее и пошлите за врачом! — это были последние слова, что я поняла, прежде чем полностью потеряться в темноте.
Пришла я в себя на кровати, в той же самой комнате, в которой провела последние две недели. Рядом сидела Далма. Тупая боль в животе напомнила мне слова Исмаила, что я потеряла моего ребёнка. Живот очень болел, но не так сильно, как душа. Её просто разрывало от режущей боли. Я была виновата в смерти двух близких мне людей, которые ничего плохого не сделали, просто хотели помочь мне. Если бы я не выбежала из дома, они были бы живы и мой ребёнок тоже.
"Это я виновата в их смерти, мне нет прощения, это я должна была погибнуть, а не они." - подумала я и попыталась подняться с кровати, чтобы покончить со всем. Мне реально хотелось умереть, хотела, чтобы солдаты застрелили меня или сам Исмаил убил меня, потому что у меня никого и ничего не осталось, ради чего стоило жить, а испытывать эту невыносимую боль в груди было невыносимо. Но даже это у меня не получилось, потому что пока я была без сознания, меня привязали к кровати.
- Отпусти меня, - закричала я Далме.
- Нет, хозяин приказал тебя держать на кровати, - отрезала она.
- Зачем? Зачем я ему нужна? У меня уже ничего нет! - выпалила я, стараясь освободиться от пут.