Владимир.
На следующий день я встретился с врачом, которого мне порекомендовал Ясим. Он был греком, который выучился в Лондоне, путешествовал по всей Азии, изучая народные методы лечения, а теперь осел и имел практику в Стамбуле. Не доверять ему у меня не было причин, но я не знал, готов ли он был помочь мне.
- Господин Садар, в доме, куда мы сейчас войдём, находится моя жена. Она беременна. Человек, который её насильно там держит, утверждает, что с ней и ребёнком всё хорошо. Но я не доверяю ему, поэтому мне нужно знать, каково её состояние на самом деле, чтобы иметь возможность увезти её оттуда. - объяснил я ему, когда мы подъехали к дому Исмаила.
- Ясим мне рассказал вашу историю, так что я всё понимаю. - улыбнулся он. - Поверьте, я не скрою от вас ничего.
Я постучал и нас пропустили через ворота. Исмаил с наглым взглядом посмотрел на Садара.
- Это твой медик? - спросил он меня.
- Да, ты же разрешил привести моего врача, - спокойно ответил я.
- Но я думал, что это будет ваш врач из посольства? - воскликнул он.
- Мы не говорили про посольского врача, ты разрешил привести моего медика, - не повышая голоса, продолжил я.
- Если вы сомневаетесь в моей компетенции, то я... - начал Садар.
- Мне совершенно не интересна ваша компетенция, - начал выходить из себя Исмаил и его поведение меня испугало. Я понял, что с Анной не так всё хорошо, как он расписывал.
- Что-то не так, Исмаил? Я привёл врача. Ты обещал разрешить ему осмотреть мою жену. В чём проблема? - нервно спросил я.
- Хорошо, пойдёмте, - неохотно согласился он и сам проводил нас до комнаты Анны.
Туда он пустил только Садара. А сам попросил меня пройти в его кабинет. Выбора у меня не было, и я пошёл за ним.
- Через шесть дней придёт судно, на котором ты должен отправиться в Россию. - сказал он в приказном тоне.
- Хорошо, но только тогда, когда буду убеждён, что с моим ребёнком всё в порядке, - ответил я.
- С ним всё в порядке, и твой врач сейчас подтвердит это.
- Если так, то я согласен, но как ты узнаешь, что я передал документы Голицыну?
- Не переживай, я всё продумал, - усмехнулся он. - Ты должен будешь сделать это сразу после рождественской службы в Казанском соборе, так чтобы все присутствующие видели это и мой человек тоже.
- И как я успею?! До рождества осталось меньше трёх недель?
- Но ты же добрался из Бухареста до Константинополя за три дня? - засмеялся он.
- Это не возможно! Ты плохо просчитал расстояния, - возразил я.
- Если тебе дорог твой ребёнок, то сделаешь, что я требую, - отрезал Исмаил.
Я в голове стал нервно прокручивать предстоящую мне дорогу. Если судно отчалит из Константинополя через неделю, то в Батуми придёт в лучшем случае через четыре дня, потом сутки до Новороссийска, и у меня оставалось девять дней, чтобы добраться до Петербурга. Это при хорошем раскладе. "Этот ублюдок рассчитал так, чтобы я не смог встретиться с Игнатьевым раньше." - подумал я.
- Если я не успею, ты ведь понятия не имеешь, какая в России зима, у меня будет возможность передать ему документы в другом месте? - попытался я убедить его в том, что было нереально прибыть в Санкт-Петербург к рождеству.
- Нет! - отрезал он. - Если не предашь документы в назначенное время, то я продам твою жену какому-нибудь погонщику скота!
- Ты этого не сделаешь! - прорычал я.
- Почему? Она моя собственность. Или предпочитаешь видеть её в тюрьме? Тоже неплохая идея! - засмеялся он.
Как же мне хотелось придушить эту гадину в этот момент, но я не мог. Если бы я его убил, то ничем не помог бы Анне, да и сам в лучшем случае оказался бы за решёткой, даже дипломатический статус меня бы не спас.
- Хорошо, - выдохнул я. - Когда ты мне передашь документы?
- Вот это деловой разговор. - улыбнулся ехидно он. - Когда сядешь на корабль, мой человек тебе их принесёт.
Я так и предполагал, что документы будут у меня в руках только, когда не смогу предупредить Ясима.
В этот момент в кабинет вошёл солдат и сообщил, что врач осмотрел мою жену. Исмаил вывел меня из кабинета и провёл к выходу, где меня ждал Садар.
- Вы убедились, что женщина сохранила ребёнка? - спросил Исмаил врача.
- Да, сударь, в её чреве продолжает жить жизнь, но мне бы хотелось понаблюдать за ней, - ответил он и я вздохнул с облегчением.
- Это возможно? - прямо спросил я.
- Нет, её уже наблюдает очень хороший врач, - резко ответил Исмаил.
Нас вывели из дома и, когда мы сели в коляску, Садар сказал:
- Ваша жена потеряла одного ребёнка, другой пока жив, но её состояние очень тяжёлое.
- Как потеряла одного ребёнка? - не понял я.
- У неё были близнецы. Один ребёнок погиб, а другой ещё жив, но ей нужен полный покой и как меньше двигаться, иначе и второго ребёнка ждёт неминуемая гибель. Её нельзя перевозить из этого дома, но могу вас уверить, что уход и лечение ей проводится очень эффективное.