– Так кто знает, что там, в Обители. Может, они нас оградить хотели.
– Вот именно, а если помощь нужна? – взревел Радомир и заметался между деревьями.
– Им лучше знать, они…
– Люди… Такие же, как и мы… – гаркнул Игнат.
– Ага, – присвистнул Тихон. – Вот ты сейчас особенно человек. И рыльце у тебя совсем человеческое.
Игнат рыкнул и бросился на Тихона, но путь ему преградил Радомир:
– Не по силе ноша… Нужно, так на меня рычи, бес!
Игнат схватил Радомира за грудки, тот вцепился в широкие плечи беса.
Пронзительный, разрывающий слух визг так и застал их, смотрящих друг на друга с ненавистью. А из кустов донесся довольный смех неупокоенных.
Нейла оглянулась, отступила на шаг и пронзительно закричала:
– Бежим!
Радомир оттолкнул Игната, схватил на ходу за руку Талу, та успела уцепить за шиворот Тихона, и они помчались следом за мчащейся советницей. Игнат, хлопнув крыльями, взвился ввысь. И сразу понял – это была не лучшая идея. Резко спикировав вниз, побежал со всеми.
– Кто там? – заикаясь и семеня ногами, выкрикнул Тихон. Рука Талы то заставляла его подпрыгивать, то он падал и смиренно волочился по земле.
– Бес его знает, – гавкнул Игнат. – Но оно летает.
– Вороны! Какие они большие! Неупокоенные! – заорал домовой, оглянувшись и встретившись с озверелым взглядом огромной птицы, несшейся следом.
Игнат подхватил орущего Тихона из рук Талы, посадил себе на плечи и понесся вперед.
Нейла не бежала, она скакала огромными прыжками, перепрыгивая кусты, срубаемые на бегу мечом. Карканье, несшееся следом, резало уши. За очередной куст Нейла зацепилась и рухнула вниз лицом. Тут же перевернулась и уткнулась в птичью голову с обломанным клювом и ощипанной головой. И она явно ей не нравилась. Клюв щелкнул. Неупокоенная птица наступила лапой на меч. Нейла взвизгнула и начала отползать. Жуткая нежить двинулась за ней. Ударила лапой. Едва задела по лицу, но на щеке остался багровый след. Нейла вывернулась, вторая лапа распорола землю.
Нейла вскочила. Убежать не успела, огромные когти вцепились в ее плечи.
– А-а-а!
Советница изо всех сил пыталась вырваться из цепких лап. Земля все быстрее удалялась от нее. Внизу, прямо под ногами, остановилась и бросилась за ней преследуемая летающими тварями Тала. Кинулся, вытаскивая на ходу лук, Радомир. Ударил перепончатыми крыльями, скидывая с себя домового, Игнат. Бес успел перехватить Нейлу, прежде чем стрела охотника пронзила голову твари. Опустив девушку на землю, бросился к бьющемуся с очередной парочкой воронов Радомиру. Охотник прикрывал Талу и Тихона. Лук валялся поодаль.
Твари, обступившие их, мерзко хрипя, хлопали большими крыльями.
Радомир размахнулся. Бес, рыча, снес лапой одного ворона, второй рванул вверх. И уже оттуда начал оголтело кричать, крыть непонятными, но явно ругательными выражениями.
Путники перевели дыхание.
– Я так понимаю, неупокоенные здесь все обитатели?
Ответом был перепуганный взгляд Талы.
– Что ж, значит, убираемся быстрее. Только куда? – тяжело дыша, спросил Игнат и посмотрел на Тихона. Тот пожал плечами, возвел глаза вверх. К ним подошла, морщась от боли, Нейла. Ворон изрядно порвал ей костюм.
– В сторону солнца.
– Это отчего же? – ехидно поинтересовался Радомир.
– Оттого, что там Обитель.
– А откуда тебе знать, что там Обитель?
Нейла усмехнулась в лицо охотнику:
– Оттого, что она там. – И ткнула рукой.
Радомир недоверчиво обернулся. В заходящем свете солнца играла в лучах бликами башня Трисвета.
– Ведьма вошла в Обитель, – протянул Тихон.
– Или Гаяна, – уточнила Нейла.
Солнечные лучи сверкнули в верхушках деревьев и пропали, погрузив лес и башню в сумрак. Слышался легкий плеск бьющихся о камни волн. Обитель была гигантской. Она простиралась далеко, на сколько хватало взора, окруженная стеной, омываемой водами озера. За стеной угадывались широкие окна в массивных каменных плитах. Круглая башня, настолько высокая, что у Игната заломило шею при попытке ее разглядеть. Обитель торжественным величием возвышалась над деревьями зачарованного леса. Фризы с древними письменами над входом, от которого вверх уходил мост.
– Могли бы и приспустить, – вздохнул Радомир, трогая воду. – Студена…
– И наверно, глубоко, – нахмурилась Нейла.
– Тебя могу перенести, – изобразил любезную улыбку Игнат. – И тебя, – обернулся к Тале.
Радомир скрипнул зубами. Тихон тоскливо вздохнул.
Игнат расплылся в улыбке:
– Домовенка Кузю тоже перенесу. А вот тебя, бугай… – Он смерил главу насмешливым взглядом. – Увы, не по силе ноша.