— Всё это так свалилось на меня, что… Я не могу так больше. Не могу это выдерживать…
Ничего не говоря, Торнтон притянул Маргарет к себе, укладывая её голову на своём плече, обнимая крепко, чтобы она чувствовала, что он рядом. Она вцепилась в его руки, не могла перестать плакать, но начиная ощущать себя в безопасности, осознавая, что больше не одна…
Когда мисс Хейл успокоилась и нашла в себе силы вернуться в реальность, она с сожалением отстранилась от мистера Торнтона, с мягкостью наблюдая за ним, едва произнося:
— Спасибо Вам.
Он крепко сжал её руку, понимая, что им и в правду следовало вернуться к реальности. Маргарет, осознавая произошедшие, несколько смутилась, произнося:
— Боюсь, мне пора вернуться домой.
Торнтон кивнул:
— Вы позволите мне сопроводить Вас?
Улыбка озарила девушки:
— Конечно, мистер Торнтон.
Они шли молча, но им было так спокойно в присутствии друг друга, что слова не казались нужны в те минуты. Но когда, достигнув дома мисс Хейл, пришлось остановиться, Джон Торнтон позволил себе дерзость, поцеловав её в щёку. Румянец захватил Маргарет, и она могла лишь пожелать ему доброго вечера, как бы ей не хотелось, чтобы он остался с ней сейчас. Но Маргарет нужно было подготовиться к визиту родственниц и подумать, что им сказать.
Они приехали в тот же вечер. И пусть уставшие, но уже тогда Маргарет стала выслушивать возгласы миссис Шоу об ужасе Милтона и вздохи Эдит, как здесь было отвратительно. Но ей было нечего им ответить. Мисс Хейл понимала, что они всегда оставались жительницами Юга; им невозможно было осознать всю ценность Милтона для неё. И на следующий день, когда Эдит уже умоляла её начать собираться, дабы уехать поскорее, Маргарет старалась выдерживать скучный утренний разговор о Лондонских сплетнях и всё в этом роде. Низкие для неё потребности южан, столь важные для тёти Шоу с Эдит. В душе зарождалась некая тревога, словно Маргарет ожидала чего-то, но оно никак не приходило. Ей всё вспоминался вчерашний разговор с мистером Торнтоном. Мисс Хейл твёрдо решила, что должна будет прийти к нему в дом, чтобы попрощаться с его матерью и поговорить с ним…
Внезапно в гостиную, где сидели дамы, вошла Диксон, довольно встревоженная, и подошла к Маргарет:
— Пришёл мистер Торнтон и желает поговорить с Вами, мисс Хейл.
Девушка еле сдержалась, пытаясь скрыть, как взволновала её эта новость. Он был здесь. Он правда пришёл к ней.
— Благодарю, Диксон. Прошу, проводи его в кабинет отца и передай, что я сейчас буду.
Диксон вышла, а Маргарет почувствовала, как сильно стучало в груди её сердце. Но тут она услышала возглас Эдит:
— Мистер Торнтон? Смутно припоминаю о нём в твоих письмах…
Мисс Хейл вздохнула, утихая волнение:
— Он друг семьи. Разумно, что он решил попрощаться перед отъездом.
— Но требовать встречи с тобой сейчас, — начала говорить тётя Шоу. — Не волнуйся, милая, я буду присутствовать с тобой…
— Нет, тётя!
Голос Маргарет неожиданно стал чересчур жёстким:
— Это касается лишь меня и мистера Торнтона. Поверь, жизнь в Милтоне научила меня приличиям и этикету. А теперь прошу извинить, но меня ожидают.
Маргарет быстрым шагом направилась к кабинету отца, желая скорее увидеть его. На секунду остановившись, вдохнув как можно глубже, она вошла в комнату, где ждал её Джон Торнтон.
Он смотрел на неё с таким мягкостью и нежностью, едва сдерживаясь, чтобы соблюсти правила приличия:
— Мисс Хейл.
— Мистер Торнтон.
На мгновения создалась умиротворяющая тишина. Казалось, что они вечность были готовы так стоять, лишь наблюдая друг за другом. Но Джон Торнтон понимал, что время не стоит на месте, и он не мог позволить ей уехать, не сказав то, что могло остановить Маргарет:
— Я услышал, что приехали Ваши родственницы из Лондона И понял, что ошибался, думая, будто у нас ещё есть время.
Девушка кивнула, чувствуя, как сердце замирало от его слов:
— Как и я.
Он подошёл ближе к ней, осторожно коснувшись её ладони:
— И потому я не могу позволить себе не… Мисс Хейл, я вновь предлагаю Вам свою любовь и прошу Вашей руки. Останьтесь со мной, в Милтоне.
Устами Маргарет завладела улыбка. Она чувствовала, что теперь готова на всё ради него. Мисс Хейл кивнула, и еле слышно произнесла:
— Я принимаю Ваше предложение. Я хочу остаться дома, с Вами.
Мистер Торнтон выдохнул, и она видела его облегчение и счастье в глазах. Он нежно накрыл ладонями её щёки, касаясь губами её губ. Маргарет прильнула к нему, руками обвивая его шею, как тогда при бунте, желая защитить его. А теперь ею движели лишь нежность и любовь к этому удивительному человеку, с которыми она хотела провести все оставшиеся годы, разделяя все важные моменты их жизни.
Джон Торнтон слегка отстранился, склоняя свой лоб к её лицу, не желая отпускать её ни на мгновение.
— О Маргарет.
— Джон.
Как странно звучало его имя, произносимое её голосом так мягко. Как же счастлив он был.
— Необходимо как можно скорее объявить твоей тётушке и кузине. Я не позволю им увезти тебя.
Маргарет улыбнулась, представляя их удивлённые взгляды и попытки уговорить её отменить своё решение. Вот только она знала, что всё будет бесполезно. Она не покинет его.
— Что же скажет твоя матушка? Как же…
— Она сможет полюбить тебя. Просто дай ей время.
Маргарет кивнула, думая, что и её родители были бы согласны с её выбором; они бы приняли Джона Торнтона как её мужа, зная, что он сможет сделать их дочь по настоящему счастливой. Как и она его.
Маргарет потянулась к нему, испытывая величайшее наслаждение, чувствуя прикосновения его губ. Как же она была счастлива. Она останется с человеком, которого любила, в месте, что ей уже не нужно было покидать. С мистером Торнтоном в Милтоне. С Джоном, дома.