Она подъехала к дому и спешилась – сапоги из мягкой кожи тихо коснулись земли, и Элис повела Вороного вокруг дома по натоптанной дорожке. На заднем дворе все было, как она и слышала.
Пять девочек, разного возраста от девяти до двенадцати зим, тренировались под неусыпным надзором наставницы – Иней гэр Рейтэрбо. Женщина, облаченная в простые одежды (штаны и рубаха из грубой ткани и босая), показывала очередную стойку: согнутые ноги, одна впереди другой, в рабочей руке, отведенной за спину – кинжал (боевой у наставницы и тренировочные у воспитанниц), вторая рука выставлена вперед. Короткий подшаг и выпад, и тут же уклонение с линии ответной атаки.
Ученицы повторяли. Кто-то неумело, иные со знанием дела.
«Две новеньких», – отметила Элис. И украдкой взглянула на еще одного из присутствующих.
В стороне от тренирующихся был молодой парень, девятнадцати зим от роду. Он колол дрова. Его длинные черные волосы были собраны в хвост, а голый торс бугрился мышцами при каждом ударе. Парень находился лицом к новоприбывшей и, заметив ее взгляд, кивнул и даже позволил себе легкую улыбку, но своего занятия не оставил.
Элис сделала вид, что не заметила этого, но её смущение не укрылось от Джарета. Он вновь улыбнулся. Девушка же молча расседлала коня и пустила того пастись.
Иней, не прекращая занятие, кивнула вновь прибывшей. Гэр Вайнер ответила тем же, хотя девушку так и распирало подойти и спросить, зачем наставница её звала, но нужно было набраться немного терпения.
«Может быть ничего страшного и не произошло? Но Зов...» – Элис все-таки чувствовала тревогу.
***
Тренировка подходила к своему логическому финалу. Ученицы отрабатывали очередной прием, на этот раз резкое сближение с противником и его атака снизу вверх.
Джарет уже закончил колоть дрова и складывал их в поленницу.
Элис наблюдала за всем этим, присев на лавочку у дома.
— Теперь пробежка, и хватит на сегодня! – подвела черту в занятии гэр Рейтэрбо.
Девочки побежали неспешной трусцой вокруг дома. Вблизи гэр Вайнер приветствовали ту:
— Лёгкой смерти, тётя Лис… Элис… госпожа гэр Вайнер! – церемониальная фраза слилась воедино, а личное обращение разбило это единение. Говорили три старшие ученицы, искренне улыбаясь прибывшей подруге. Младшие же постеснялись, да и не были ещё лично знакомы с девушкой.
— Лёгкой смерти, – улыбнулась красная шапочка, провожая задумчивым взглядом убегающих девочек.
Шелест травы под босыми ногами заставил Элис отвлечься от созерцания уже пустой тропинки. Иней гэр Рейтэрбо уже подошла к своей бывшей ученице.
— Быстро ты, – женщина крайне редко соблюдала церемониал приветствия.
— Лёгкой смерти, учитель, – гэр Вайнер поднялась на встречу подошедшей и склонилась в лёгком поклоне.
Но маски бесстрастия слетели с красных шапочек тут же. Быстрый шаг с каждой стороны и объятия. Крепкие, но недолгие. Мгновение трепета встречи после долгой разлуки прошло. Они отстранились друг от друга.
— Что стряслось, Иней?
— Твари объявились в округе, хитрые. Нужно чтобы ты их выследила.
— А…
— Детали позже. Джарет уже развел камин. Пойдём в дом.
Запах дыма подтверждал слова наставницы. Ученицы также уже закончили занятия и ушли в дом. Гэр Рейтэрбо отправилась туда же. Элис ничего не оставалось делать, как направиться за ней. Девушка подхватила седельные сумки, к которым была приторочена лютня в кожаном чехле, и скрылась в доме.
Дом встретил Элис большим общим залом со скромной лестницей, ведущей наверх, и несколькими дверьми в помещения первого этажа. Напротив входной двери был камин с уходящим вверх дымоходом, дрова в нём весело потрескивали, а на подвесе над огнём уже грелся чайник. В центре зала стоял прямоугольный стол, его столешница была из толстых дубовых досок, а подстолье имело вид столь же массивный, несмотря на резные узоры на ножках и царгах. По обеим его длинным сторонам были лавки, такие же массивные, а на торцах по одному стулу.
Этим убранство зала не заканчивалось. Несколько стеллажей с книгами и свитками рассредоточились по углам помещения. Четыре деревянных кресла, обложенных шкурами, расположились вблизи камина. Подле них был невысокий и небольших размеров столик, также украшенный резьбой. А у одного из трех окон был рабочий стол с аккуратно сложенными на нём несколькими книгами, десятком свитков, чернильницей и парой перьев подле неё и внушительной стопкой чистой бумаги.