Орэгу сделал круговые движения головой, попрыгал на месте немного и сказал:
— Готов.
Полицейские сделали вид, что тащат его, а следователь открыл дверь в камеру.
Упираясь и крича, Орэгу был брошен грубо в камеру и дверь заперлась.
Орэгу сел возле парня на кровать и стал говорить по русски:
— О да, скоро экзамен, а я тут, — при этом Орэгу жестикулировал сильно.
Парень рядом ничего не понимал, что говорит Орэгу.
Потом Орэгу резко встал и стал колотить по двери. Пока не пришёл полицейский и грубо не отодвинул его от двери.
— А кто это? — спросил задержанный у полицейского.
— Это парень из русской банды. Конченые психи. Ты его не зли. Мы его скоро переведём. Главное в глаза ему не смотри.
Полицейский вышел и Орэгу снова присел к сокамернику.
— Ты знаешь, что столица России Москва? А знаешь что такое борщ? — Орэгу продолжал говорить по русски и при этом сильно выпучил глаза на парня.
Орэгу решил накалить обстановку и стал говорить более грубым голосом и быстро:
— Вот я тут сижу с тобой, а мог к свиданию готовиться. Сволочь ты, давай уже сознавайся им.
Парню стало очень некомфортно. А когда Орэгу положил на его правое плечо руку и крикнул по русски:
— Чебурашка! — парень вскочил и побежал к двери.
Парень стал стучать в дверь и кричать:
— Я! Это я ограбил те три дома! Признаюсь! Только уберите от меня этого психа!
Орэгу со злым лицом стал приближаться к парню, который уже чуть не плакал.
Тут открылась дверь и задержанного увели.
Орэгу расслабился и вышел тоже из камеры.
— Молодец! — сказал Кента.
Орэгу кивнул и они пошли на выход из участка.
— Слушай, Икэда, может будешь у нас работать? — спросил Кента.
— Нет, я после школы буду в супермаркете.
— Но подумай. Да, желательно проучиться в юридическом, а потом в академии нашей. Но я могу поговорить с шефом, и тебя возьмём как патрульного. Будешь в кобане каком-то работать.
[Кобан — полицейская будка или небольшое помещение. Расположены в районах и кварталах городов Японии. Как правило, имеют от пяти до десяти сотрудников. Что-то вроде наших участковых отделений, только со своими патрульными машинами и камерами для задержанных].
На выходе из участка, Орэгу попрощался с полицейским и сказал:
— У меня сегодня большой день.
Парень пошёл на автобусную остановку.
***
Акеми очень волновалась, когда ехала к Орэгу домой.
Орэгу должен был ехать с ней, но получилось так, что он будет её встречать на остановке.
Выйдя на нужной остановки, Акеми немного осмотрелась и увидела Орэгу, который сидел на лавочке и махал ей.
Девушка подошла и, парень встав, чмокнул её в губы.
— Орэгу! Ты что? — возмутилась девушка.
— Не беспокойся. Тут из наших только Сузуми живёт.
— А из других классов?
— Ладно, ладно.
Парочка пошла к дому Орэгу и Акеми рассказала про скандал на работе.
— Понятно, — спокойно ответил парень.
— Ты не волнуешься?
— Нет. Дело закрыли, мне Сузуми сказала. У неё будущий тесть в полиции работает.
Орэгу врал, т. к. не хотел подробно объяснять Акеми про взаимоотношения с Кента.
Девушка немного успокоилась, а парень стал думать:
«Надо с Джуном поговорить по душам. И от куда он знает, что я его сильно избил?».
Парочка дошла до дома и Орэгу сказал:
— Ну, теперь главное, чтобы с мамой поладила.
8 глава
Орэгу и Акеми зашли в дом. Они разулись, и Орэгу крикнул:
— Мы пришли!
— Проходите на кухню! — крикнула мама.
Орэгу взял Акеми за руку и повёл в кухню.
На кухне был накрыт очень богатый стол. Особенно выделялся — русский борщ. Мама Орэгу готовила его только по праздникам.
Отчим был одет немного официально: выглаженные брюки, белая рубашка, красный галстук.
Мама сделала завивку и одела бордовое платье с голыми плечами.
Орэгу встал боком и сказал:
— Мам, пап это — Ватанабэ Акеми, — потом он повернулся к Акеми. — Это мой папа: Икэда Акайо. А это мама: Икэда Хикари.
— Хикари? — удивилась Акеми.
Мама Орэгу пояснила:
— В русском значении, моё имя означает: «светлая». При принятии подданства Японии, я сменила имя на японский аналог.
Отчим предложил присесть.
Орэгу отодвинул стул, чтобы села Акеми, а потом и сам сел.
Мама Орэгу была очень спокойной и даже весёлой. Получилось так, что парочка села напротив родителей.
— Ватанабэ-тян, позволь спросить? — спросила мама Орэгу, перейдя на «ты».