Тут к нему подошёл мужчина и спросил:
— Простите, вам помочь?
Орэгу перешёл на акцент и ответил, коверкая японские слова:
— О, доброе утро! Я Джон Кэмбэл, я учиться Токио Технический Институт. Господин Кикути мне сдать дом. Ключи не подходить.
Мужчина удивлённо спросил:
— Кикути-сан сдаёт дом? Я не знал даже.
— Да, он уезжать, каникулы, потом приехать.
— Ну, ты можешь просто перелезть и всё.
— Простите? Что такое «перелезть»?
Мужчина показал руками как перелезть через стену и слегка подпрыгнул.
— А! Перелезть! — с наигранным восторгом, сказал Орэгу. — А меня арестовать?
— Нет, нет. Я скажу соседям, что всё хорошо, что Кикути сдаёт тебе дом.
— Спасибо. До свидание, спокойной ночи, — Орэгу поклонился и быстро перелез через калитку.
Парень осмотрел двор. Всё чисто, ничего лишнего. Он направился к дому.
Подойдя к двери, парень просто посмотрел сначала под ковриком, потом под вазой без цветов, которая стояла у входа. Ну а потом решил осмотреть камень у порога и облокотился на дверь. Дверь открылась.
— Да ладно!? — удивился парень.
Орэгу зашёл аккуратно в дом и почувствовал запах алкоголя. Он повернул на право и прошёл по небольшому коридорчику на кухню.
Кухня была довольно большой с тремя окнами и большим столом посередине. За столом сидел Джун лицом к двери. Возле него была полупустая бутылка саке.
Джун посмотрел на Орэгу и с ужасом в глазах спросил:
— Ты пришёл меня убивать?
Парень идя сюда, испытывал ненависть и злость. Он мечтал, как будит избивать Джуна, как будет высказывать ему всё, как будет наслаждаться моментом.
Сейчас парень видел перед собой разбитого, эмоционально убитого человека.
— Я не хотел никого обидеть, я просто хотел напугать…, — Джун говорил с сожалением в голосе и чуть не плакал даже.
Орэгу подошёл ближе и спросил:
— Зачем?
— Я просто хотел забрать деньги у Акеми, чтобы закрыть долги. Нана пошла со мной, т. к. она ненавидит Акеми теперь.
— Ты ей рассказал про нас?
— Да, иначе бы она не пошла.
Джун сделал глоток из небольшой рюмки и встал. Он обошёл стол и ,подойдя к Орэгу, упал на колени перед ним и стал кричать:
— Прости меня! Я не хотел никого убивать! — тут он упал к ногам парня. — Если хочешь меня убить — убивай. Я заслужил…
Орэгу продолжал его ненавидеть, но теперь к ненависти добавилась и жалость.
Парень опустился к нему, присев на корточки. Он положил на голову ему левую руку и сказал:
— Сузуми жива. Её прооперировали и она в порядке.
Джун посмотрел на парня с лицом облегчения.
— Я дам тебе только один шанс: сдайся с повинной, расскажи всё и прими наказание, которое тебе даст суд.
Джун опять упал к ногам парня и стал кричать:
— Обещаю! Спасибо! Спасибо!
Парень встал и сказал:
— Но я тебя не простил и никогда не прощу. Я шёл сюда, чтобы наказать тебя, я шёл сделать тебе больно. Но ты уже сам всё сделал за меня.
Орэгу пошёл к выходу, а Джун остался стоять на коленях на кухне.
Парень вышел во двор, подошёл к калитке и открыл её. Там устоял уже Кента.
— Поговорил? — спросил полицейский, заходя во двор.
— Он сам уже себя наказал. Я не садист, чтобы ещё больше его мучить.
Полицейский кивнул и пошёл в дом.
Орэгу сделал пару шагов, как полицейский выбежал из дома и прибежал к своей машине. Он схватил аптечку и побежал в дом. Орэгу побежал за ним.
Когда парень снова оказался на кухне, то увидел, как Джун сидит на полу, облокотившись к стене, а из вены на левой руке идёт кровь. Нож был в стороне.
Полицейский стал затягивать жгут, а Орэгу схватил полотенце с кухонной тумбы и прижал к ране.
Кента стал вызывать скорую, а парень спросил Джуна, который был ещё в сознании.
— Зачем? Дурак.
Джун с трудом открыл глаза, посмотрел на парня и ответил:
— Я всегда использовал людей, я всегда пытался разбогатеть. Я не понимал Акеми, я не понимал и ненавидел тебя. Я возненавилел Акеми, когда она выбрала тебя… Тебя… Я же лучше тебя… Красивее тебя… Умнее тебя… Но знаешь… Но знаешь… Всё это время мне нужно было ненавидеть — себя и только себя. Это моё наказание Икэда-кун…
Джун стал терять сознание, а Орэгу пытался его привести в чувство, давая пощёчины.