- Завернём или поедем дальше, - спросил Остис.
- Я бы предпочёл ехать дальше, - осторожно произнёс Гирем. - Кто знает, что можно от них ожидать.
- Я согласен с мальцом, - неожиданно поддержал его Сиверт. - Мы и так едва избавились от тех двух ребят. Священники нам не нужны.
- Если мы проедем мимо, то проблем будет всяко меньше, чем если мы завернём к ним поболтать, - заметил Джаффар.
- Согласен, - коротко сказал Остис, твёрдо посмотрев на Рензама.
Рензам оглядел свой отряд. Кивнул.
- Едем дальше.
- Поздно, - издав разочарованый стон, произнёс Джаффар. - Смотрите, нам машут. Кажется, ночь будет весёлой.
Глава 9. Знаки.
Изра омываема четырьмя океанами - океаном Брусса с запада, Алеманским океаном с севера, Тёмным океаном с северо-востока и океаном Тысячи Штормов с юга и юго-запада. Мы хорошо знаем первый, поскольку приплыли из-за него, второй, поскольку оно служит нашими рыболовными угодьями. Мы даже немного знаем о третьем, несмотря на его враждебные для всякой жизни свойства.
Про четвёртый мы не знаем ничего. Насколько он велик? Скрывает ли за собой другие земли или может даже другие цивилизации? А может быть это предупреждение от Богов?
Мы не получим ответов, пока не найдётся тот, кто отважится и главное - будет иметь силы, чтобы раздвинуть завесу тайн.
Отрывок лекции Курта Затароу для капитана "Белосты" во время шторма (и за несколько секунд до потопления корабля), расказанной единственным выжившим - самим капитаном,
711 год от создания Триединой Церкви.
Триксель Нурвин был человеком весьма педантичным, а Нед Громквар - неряшливым и легкомысленным. Но педантичность не имела никакого отношения к тому, что первый был баснословно богат, тогда как легкомысленность второго превратила того в бедняка.
Они стояли у фальшборта, старый бедняк и горбатый богач, купаясь в лучах полуденного солнца и бороздя взглядами сверкающую солнечными отблесками поверхность залива Ваэльвос.
Шёл второй день плавания на "Неуязвимом". Трёхмачтовый флагман королевского флота с экипажем в 450 человек, был поистине воплощением гения Маэльдуна Дунфуналя, ярла Навустрозы.
- Так это правда? Ярл Маэльдун погружался на морское дно?
Крикливые чайки вились вокруг подобно ленивому вихрю из белых листьев. Вокруг корабля то и дело показывались плавники и тёмно-синие спины марлинов.
Позади, в паре кабельтовых, двигались ещё шесть кораблей, включая те, что пару дней назад принадлежали пиратам. Адмирал собирался доставить их в доки Канстельской гавани и подвергнуть капитальной чистке, переоснащению и включению в состав королевского флота.
- Так это правда? Ярл Маэльдун погружался на морское дно?
Нед облизал искусанные губы и с лёгкой дрожью посмотрел на Трикселя.
- А у тебя не найдётся ещё этого... миалия?
Горбун вздохнул и полез в сумку с зельями. Миалий был эликсиром, вызывавшим сладкие ощущения в паху и красочные видения в голове.
- Не стоит с ним перебарщивать, - сказал Триксель, протягивая старику пузырёк, уже не в первый раз за эти дни. - Сосуды могут расшириться так, что ты истечёшь кровью за несколько минут.
- А какая разница, - проскрипел Нед и вылил содержимое пузырька себе в рот. - Всё равно жизнь дрянная.
Горбун скривил губы, но промолчал.
- Аа-ах, хорошо. Что до твоего вопроса, то на него я отвечу положительно. Ярл действительно может плавать под водой, аки рыба. Не знаю, что за Слово такое он использует, да и никто не знает. Со дна Алеманского океана он приносил какие-то предметы, правда рассмотреть их в деталях не давал никому. Складывал в своих тайниках, если верить слухам.
- Занятно. Нед, а как ты относишься к морским драконам?
- Бррр. Преотвратные создания. Быстрые, вёрткие, покрыты прочной чешуёй, заплывают даже в заливы и большие реки. А почему ты интересуешься?
- Потому что одно из этих созданий сейчас плывёт рядом с нами.
Нед посмотрел на воду и вздрогнул.
- Бааа.
- "Бааа"?
- То есть "мать моя Кебея, он же нас сожрёт"!
В десятке метров от "Неуязвимого", среди белых гребней волн, извивался гигантский змей, блестя чешуёй на солнце. Иногда он поднимал голову и лениво раскрывал пасть, обнажая ряды длинных острых зубов. Чудище плыло параллельно кораблю и изредка моргало, словно насмешливо подмигивая двум чудотворцам: "Привет, живое мясо!".