Утром ее разбудил стук в дверь: вчерашняя знакомая принесла завтрак (два куска белого хлеба с плавленым сыром в скользкой целлофановой кожице и пакетик кофе 3-в-1), забрала остатки вечернего пиршества. Надя наскоро проглотила нехитрый рацион и, не успела она почистить зубы и ополоснуться в душе, как в дверь опять постучали. Вошла та же неразговорчивая женщина и указала на костюм. Надя надела его, ее усадили в кресло, на лицо надели маску. Она хотела поблагодарить свою молчаливую помощницу, но не успела: она выходила из катера на далеком атолле. Кадры менялись с такой частотой, будто Надя смотрела кино на ускоренной перемотке: она заходит в отель, заселяется в роскошное бунгало, переодевается в белое бикини (почему-то именно белое, хотя такового в ее реальном чемодане не было) и бежит к воде.
Господи боже, это настоящее море! Наверное. Надя только один раз была на море (которое на самом деле было водохранилищем), поэтому ей не с чем было сравнить. Каждый палец чувствует ласковое прикосновение теплой воды. Волна набегает, облизывая ноги, и медленно, как будто нехотя, отступает. Шелковистый песок, мягкий, мелкий-премелкий, как мука. Солнце так ярко сияет, что больно смотреть. Рука сама собой кокетливо поднимается к волосам, словно по-военному отдавая честь. «Это просто невероятно! Это неправдоподобно! Так хорошо, как в жизни не бывает!». Надя подумала об этом, стоя по пояс в море, а потом вытянула руки над головой, сложила ладони лодочкой и погрузилась в бирюзовую воду. Она, определенно, была в раю.
Несколько часов спустя знакомая луноликая женщина снова снимала с нее маску. Рядом стоял Арсений, который поспешно отнял руку от рта. В лунке обкушенного ногтя проступила капелька крови.
– Ну, что скажете, Надя? Как впечатления?
– Это… Это очень круто! Просто нереально!.. В смысле, то есть, я хотела сказать…
– Понимаю, – Арсений добродушно засмеялся, пощипывая свою жиденькую бороду. – Нереально круто. Да, пожалуй, вы очень верно заметили. Прекрасно. Как костюм? Удобно сидит? Тело не затекает, не потеет?
– Нет… Вроде бы, все хорошо. Только вот я не поняла про одежду. Вы сказали, взять вещи на неделю, а я их не надеваю…
– Верно. Вещи нам понадобятся для генерации фото и видео. Если вы хотите использовать на изображениях одежду из своего гардероба, я ее отсканирую, только выложите ее на кровать. Или вы можете фигурировать на фото в том, что найдете в своем чемодане там, в погружении. Единственное слабое место этого варианта – вы не сможете одолжить подругам платье с фотографий, если они вдруг у вас попросят.
Надя с сомнением посмотрела на Арсения. Он не производил впечатление человека, знакомого с такими нюансами женского общения.
– Работа с обратной связью от наших путешественников, – Арсений поднял обе руки вверх, как будто капитулировал. – Вы же помните: из репутации наших клиентов складывается репутация Smart Trip. Так что: свою одежду хотите?
Надя кивнула. Не то, чтобы ее особенно впечатляли ее собственные наряды, но она решила в своей мистификации держаться поближе к правде.
После перерыва на обед и отправление естественных надобностей Надя вернулась в свой отпускной режим. А к вечеру обнаружила, что Арсений не обманул: первые картинки были готовы. Надя обнаружила в памяти своего телефона вереницу кадров: в основном, изображения белоснежного песчаного пляжа и голубой кромки воды. Надя открыла приложение социальной сети, выбрала самый удачный кадр, прибавила парочку банальностей про «рай на земле», вдохнула, выдохнула и нажала кнопку «отправить». Публикация загрузилась. Надя запретила себе смотреть в сторону телефона. Она залила кипятком очередную лапшу и сбегала в душ, пока та заваривалась. Потом не спеша поужинала. Она тянула время, как могла, но потом не выдержала и заглянула в свой аккаунт. Боже! Пятнадцать комментариев!
«Вау! Круто!»
«Моя мечта!»
«Супер!»
«Ты красотка!»
Скользя взглядом по этим словам, Надя почувствовала, как в груди разливается теплая пульсация. Даже кончики пальцев подрагивали. Она поняла, что это было то самое чувство удовлетворения, которого она так искала. Надя ответила на все комментарии и легла спать в полном умиротворении.