Я смотрел на нее не отрываясь. По-моему, она говорила серьезно.
— Зачем ты говоришь мне это?
В ее глазах появился хитрый блеск.
— Ты говорил, что знаешь, зачем. Разве я не выиграю от того, что твоя власть укрепится?
Ну как не восхищаться этой женщиной! Я подумал об Огаме. Если уж лететь головам, то его — в первую очередь. А почему бы и нет? Мне еще вчера не понравилась его улыбка. Я развеселился. А самое смешное, что по нынешним понятиям совет и впрямь вполне разумный и полезный. И с дурными целями такого просто не дадут.
— Прости, — сказал я. — Кажется, совет очень мудрый.
— Я рада, что ты все понимаешь, — тепло откликнулась Моргейза.
На этом мы пока и расстались. И только потом я понял, что так и не сумел повернуть разговор на Гарета. Впрочем, еще успеется.
А что до убийств… Может, на деле все же обойдемся простым запугиванием адскими гончими и прочими божественными атрибутами?
Но вернемся к высокому собранию.
Хорошо, что некоторые акценты были расставлены еще вчера, и когда на следующий день совет все-таки состоялся, меня не стали заваливать требованиями немедленного разрешения территориальных споров с приложением карт исконных родовых или племенных земель, которые вкупе не уложились бы и в материк Гондвана. Почти не поступало и скромных прошений о получении головы соседа (можно в копченом виде). Было почти спокойно и некоторые пожелания придерживались при себе, пока все потихоньку присматривались к тому, как пойдут дела. Если пойдут совсем плохо, всегда можно найти подходящий темный уголок и какой-нибудь тупой тяжелый предмет. Ну, это так, к примеру.
На большом куске пергамента с неким выскобленным священным текстом была начертана карта Британии. Прежнее содержание было выскоблено не мной, надо заметить, а заботливым Пеллинором, так что присутствовавшему архиепископу Карлионскому со свитой не на что было пожаловаться. Но уж карту я набросал сам, и по ходу дела дополнял необходимыми пометками. На некоторых такое легкое обращение с картой произвело почти парализующее впечатление, но в целом благоприятное.
Карта была приколота к столу маленькими стальными гвоздиками с полукруглыми шляпками, основной рисунок прочерчен чернилами, а красной краской помечались территории, находящиеся под угрозой: а) внешнего вторжения морских пришельцев; б) набегов диких соседних пиктов; в) неразумного внутреннего правления мелких княжеств, не присоединяющихся к союзу и вставляющих всем палки в колеса; г) волчьих земель, где укрываются одни разбойники и кикиморы; д) существующих уже не первое поколение саксонских поселений — королевств, в основном, вдоль восточного побережья, крупнейшие из которых располагались одно в Эборакуме, другое в Кантиуме (для потомков — в Йоркшире и Кенте).
Наш разнесчастный Камелот оказался расположен в довольно-таки ненадежном месте, в одной из самых восточных частей страны, где и служил, собственно, форпостом, не зря же его назвали в честь бога войны.
Удивительно, конечно, как он еще не был захвачен, но тут постарались его дурная слава, Пеллинор, друиды, предыдущие желавшие его захватить претенденты, а также как раз соседние саксонские королевства, либо оттягивающие прибывающих на себя, либо составляющие им неодолимую конкуренцию, да и мелкие приграничные князьки, разгуливавшие здесь со своими войсками почти как дома и потихоньку отщипывающие для себя по кусочку то здесь, то там, так что довольно приличная часть уже оказалась все же в чужих руках. Следовало наведаться туда в ближайшее время и хорошенько все разъяснить — тем более, все это находилось лишь в немногих часах пути — пометить, как говорится, территорию, собрать клятвы верности со всех, с кого не собрали в Лондоне, или попросту прищемить кое-какие хвосты.
Но сперва, пока все были под рукой, со всех нужно было стребовать отчет о текущем состоянии дел — просто для статистики, что заняло ужасающе долгое время, потраченное на всякие преувеличения, увиливания или препирательства — и обсудить проблему дальнейшей связи. Так как информация — дело великое, а дороги, увы, место гиблое, и для гонцов не в последнюю очередь, то для такого дела придется или снаряжать целые отряды или, по возможности, передавать вести по цепочке, по принципу испорченного телефона. А чтобы телефон и впрямь не слишком портился, требовалась некая группа инспекции, что курсировала бы по заданным маршрутам и без оных, проверяя достоверность приходящих сообщений или причины их отсутствия.