— Ой, нет, это Хоши. Он славный, только если напугаешь его, придется уворачиваться от игл! Не хочешь такого же?
Кайто решил не испытывать судьбу. Особенно учитывая Блеска, который мог наступить на такую… штуку.
— Думаешь, Видящие снова попытаются напасть на фэйтов? — вздохнула Акира.
Они устроились на просторном балконе — на небольшой террасе, которая открывала вид на шумный рынок. Странный выбор для капитана, всегда любившей тихие пейзажи, заснеженные леса и величественные горы. Но сейчас, на закате пурпурного солнца, Кайто мог оценить, как рынок только загорается еще ярче с наступлением сумерек, переливается еще большими красками. Внизу звучала музыка, какие-то крики. Не было повода для праздника, но уже то, что они прожили очередной день, многим казалось достойным того, чтобы отметить. Наверняка Арчи была где-то там, среди смеха и пьянства.
— Мы нашли исследовательскую базу неподалеку от фэйтского сектора, — докладывал Кайто, хотя ему совсем не хотелось думать о Видящих в этот приятный теплый вечер. Он удобно устроился в мягком кресле, налил себе чая, заваренного Акирой. Не совсем по правилам чайной церемонии, каким учили клонов наследницы, но зато с душой. Липа и мед. — Какие-то отщепенцы. Молились Аматерасу — полный бред, конечно, но религиозные фанатики меня пугают даже больше, чем безумные ученые.
— Примитивное язычество вместе с высокими технологиями ментатов? — удивилась Акира. — Они не перестают меня поражать.
— Нет, не совсем. По их мнению, воплощение Аматерасу — это цифровая личность. Вроде искусственного интеллекта природного происхождения. Думаю, у них во времена оцифровки Химико не было достаточного доступа к государственным тайнам, но они кое-что слышали. Сплетни порождают легенды. В любом случае — они уже не проблема.
— Это хорошо, — кивнула Акира. — Спасибо. Интегрировать фэйтов — это уже большая работа, и если они снова столкнутся с притеснениями…
— Расскажи лучше про ваши успехи.
Кайто мало что понимал в ее исследованиях, но любил послушать, как Акира о них размышляет. Любил он видеть тех, кто увлечен своим делом. Как они когда-то и думали, появление ускорителей немного подкосило экономику, потому что теперь ультрамарин требовался не только для перелетов. Цены на переходы взлетели, ими могли пользоваться только правители и самые богатые корпораты. Торговля из-за экономии ультрамарина замедлилась, как и освоение планет за границами известного космоса. Кайто это не пугало. Он предпочел бы сначала разобраться с насущными проблемами, чем лезть дальше в неведомую черноту. Из всего этого больше всего выиграла, пожалуй, империя Аматерасу. Даже учитывая многочисленные санкции Коалиции и перераспределенные колонии, они оставались одними из самых крупных торговцев ультрамарином.
Акира занималась больше биологией. Ее интересовали естественные мутации, связанные с ультрамарином, поэтому она не сидела на месте, а часто присоединялась к Кайто, отправляясь на поиски. Они побывали на Иншале, нашли кладку полозов. Отыскали на других планетов множество растений, которые питались синей жидкостью. Позже, после многочисленных исследований, было доказано, что и отдельные виды марийских водорослей содержат те же соединения, что объясняло реакцию Блеска на только что изготовленный алкоголь с плантации. И, конечно, в растениях и грибах, которые использовали фэйты для своих обрядов, ультрамарин тоже содержался в больших количествах, как и во всем, произрастало в их общинах.
— Ты не жалеешь насчет своих способностей? — спросил Кайто, не удержавшись. — Не в смысле что тебе приходится вручную открывать двери. Но для исследований они могли бы пригодится.
— Не знаю, — призналась Акира. — Тоскливо, конечно. Ты можешь представить… Хотя в случае с имплантами все ровно наоборот. Я слишком человек. Иногда я думаю, а если бы я была прежней, вдруг получилось бы спасти Элси…
— Не думаю, что это было возможно, капитан. Но благодаря регенерирующим препаратам наверняка многим удалось помочь.
— Тебе, например, — ткнула его локтем в бок Акира.
— Ага, спасибо большое. Крутой шрам получился. Синий немного.
Элси умерла через год после спасения из лаборатории. Она тихо угасала, мучаясь от боли, и поэтому Кайто старался с ней не пересекаться — сложно было говорить, зная, что в голове у Отшельницы идет обратный отсчет. Даже фэйтский фатализм не вызывал у него столько подсознательного ужаса. Но Кайто радовался, что даже в последние месяцы Элси не сидела в лаборатории и не отдавала свое тело на исследования, а вместе со всеми сражалась с Видящими, вела переговоры с империей и устраивала форпосты вокруг Варшавы, чтобы не допустить новой осады.