Кайто тоже следовало бы уйти, найти себе занятие — потренироваться или навестить Ахи-Ди-Ала, чтобы проверил руки… однако он остался. Страшная усталость навалилась на него, приковав к креслу с мягкой спинкой. Кайто наблюдал за тем, как Криврин, вздохнув, наливает остатки радужной жижи себе в рюмку. Раздвоенный язык заплясал над блестящей поверхностью, пробуя на вкус.
— Хочешь? — предложил Криврин, кивнув на бутылку, где питье плескалось на дне. Никакого подвоха, похоже, не было. — Хороший алкоголь. Его производят в одном из племен маре из водорослей.
— Нет… — Кайто прикусил губу, не зная, как объяснить иначе, зачем он все еще здесь. — Я хотел извиниться, капитан, — сказал он, подумав, что его голос стал железным и отстраненным, как во время докладов офицерам. — Я не доверял вам, хотя я признаю, что, окажись на вашем месте любой другой пиратский капитан, кто угодно из Семерых, я бы был более к нему расположен. Мне жаль. Я… я виноват!
Криврин взглянул на него — Кайто мог поклясться, что весело! Он даже задохнулся от негодования, но Криврин беззлобно рассмеялся:
— Ты серьезный, как надутый прыгун… то есть эта… лягушка.
— Я вас ранил! — воскликнул Кайто, снова вспоминая скрежет стали, впившейся в ящериную шкуру.
— Ты остановил меня, — посерьезнев, сказал Криврин. — Я ценю это. Каждый из нас уязвим. Меня подвел разум, который у моего народа не слишком крепок для таких атак. Тебя… я бы сказал, что ты боишься себя самого. Но ты хороший человек, Кайто. Хороший воин. Я гордился бы… — он осекся. Возможно, не подобрал слова. — Гадюка сказала, что твое тело нужно отладить. Но дело не только в нем. Не только в стали, которая делает вас крепче. Но и в том, что здесь, — коготь коснулся его лба, и Кайто замер, всеми силами сдерживая рвущиеся из рук клинки.
— Я едва смог найти хорошего механика, а где мне взять мозгоправа? — поморщился Кайто.
Он покосился на рюмку, пододвинутую ему Криврином. Слышал Кайто, что многие, кто переживал то же, что и он, старались заглушить воспоминания. Пьянством ли, наркотиками, азартными играми или незаконными боями, где все известные расы рвали друг друга на части… Он не пробовал, но внутренне знал, что нуждается в чем-то ином. В чем-то… настоящем.
— Мне помогла Лиз, — сказал Криврин. — То есть Гадюка, конечно. Она ревностно относится к этому прозвищу.
Кайто был уверен, что это такая шутка от наемницы. Ну, подумать только, гадюка и ящер…
— Вы с Гадюкой?..
В армии не выбирали выражений, но в кои-то веки ссориться с серпентом не хотелось, оскорблять его. С другой стороны, и слова из песен и хокку, которые рассказывала ему Акира, тут не годились, не то настроение, не то время. Криврин был прост, как удар широкого серпентского меча. Он угадал то, что Кайто постарался замять.
— Она хорошая женщина. Верная, умная, опасная. Ни разу я не сомневался в ней. Все же… потеряв семью на Иншале, я долгое время не думал, что смогу полюбить вновь. Не так-то это просто, когда у тебя вырвали сердце, — Криврин помолчал, а Кайто подумал, что он все-таки может говорить так же, как в старых песнях. Тут же одернул себя: нет, вряд ли ящеры их знали. А если нет… А должны ли воевать народы, которые поют о любви одинаково?
— Может, любовь должна быть разной, — предположил Кайто. — Для разных существ.
Криврин фыркнул. Кажется, вполне одобрительно. Пересел поближе, его хвост обвился вокруг кресла. Шипастый кончик дернулся. Кайто за время пути к Варшаве успел прочитать: серпенты так проявляют дружелюбие. Электронная энциклопедия наверняка была составлена столетия назад. Сейчас автора за такие строки расстреляли бы. Серпенты — враги, хотя с ними и заключили перемирие.
Устало вздохнув, Кайто потер лицо. Криврина это все ничуть не заботило.
— Мы встретились, когда я остался в одиночестве. Мне казалось, я не могу вести за собой никого, а если веду, то получается кошмар, — рассказывал Криврин. — Гадюку я нашел на одной планетке, там жили местные племена… Мы им казались богами, они слишком неразвиты. Похожи на людей, но все в шерсти. В общем, Гадюку послали их истребить, потому что они жили на месторождении ультрамарина. А она посмотрела на племя, да и решила, что не будет выполнять заказ. Пряталась рядом и отстреливала всех наемников, что прилетели после нее.
— Отважный поступок, — усмехнулся Кайто. — Дайте угадаю, вы тоже прилетели по заказу?
— Да, только моей команде, тогда совсем небольшой, никто не сказал, что на месторождении есть аборигены. Просто что какая-то ненормальная захватила скважину. К счастью, я предпочитаю поговорить, а потом стрелять. Мы с Гадюкой вместе показали той корпе, состоявшей из манусов, что никакого ультрамарина им не видать. Хотя потом все-таки пришлось посоветовать племени убраться куда подальше, мол, земля проклята. Не знаю, что стало с местными дальше. Мы не захотели вечно подрабатывать их богами.