— Не делайте резких движений, давайте просто обсудим… — пророкотал Криврин. — Лиз!
Гадюка, вскинувшая пистолет-пулемет и водившая дуло туда-сюда в поисках наиболее опасной жертвы, только хищно оскалилась:
— Я им, бля, покажу движения.
— Мы должны прийти к цивилизованному разговору, пожалуйста, уберите оружие, это никогда не заканчивается хорошо… Духи, что я делаю не так…
— Да, да, ты, уебище! Только рыпнись мне!
Разоружаться при входе в убежище Госпожи Удачи никто не требовал; сначала Кайто подумал, что так она показывает доверие собравшимся, а потом понял, что кого-то не получится оставить без оружия вовсе, как и его самого (если только не заключить в кандалы), у Гадюки еще больше опасных и смертоносных имплантов, а Рооку и вовсе способен за несколько мгновений прикончить всех, за исключением, скорее всего, Акиры, которая выдержит ментальную атаку. Ограничить остальных значило поставить их под удар, а на это никто не согласился бы, еще и обвинили бы Удачу в расположении к некоторым из капитанов.
В общем, у всех них с собой было оружие, и теперь собрание грозило превратиться в резню.
— Они заманили нас в ловушку! И Хотэй уже мертв! — вопил Дак. Его бравые охранники придвинулись ближе, явно собираясь пустить пушки в дело, но пока не могли определиться, в кого стрелять — ждали команды, но Дак размахивал руками во все стороны, как ветрогенератор. — Они хотят и от нас избавиться! Придумали себе отговорку, Видящие, как же!
— Глупости, — проскрипел Рооку, дернув белыми, как снег, крыльями, — если бы они хотели, то расправились бы со всеми разом, а не вычисляли бы нас по одному.
— С Хотэем было справиться проще всего!
— Тогда это мог сделать кто угодно! — скрежетнул динамик Отшельника.
— Но именно сейчас!..
— Когда Лисица исчезла, вы тоже так говорили! — бросил Эмис, и все остальные замерли.
Смерть Лисицы все еще что-то значила для них. Кайто заметил эту тень, пробежавшую по лицам, по всем, кроме морды Криврина, который тогда сражался за собственный народ, и Удачи, которая уже заранее знала, что они копают информацию о таинственной пиратке. Отшельник тоже замер на другом конце стола, где он сидел — подальше от прочих пиратов. Они были правы: это угроза, о которой Семеро все еще не могли забыть.
— Мы кое-что узнали о Лисице, — сказала Акира, выступив перед Кайто, бледная, но вдруг обретшая уверенность. — О том, из-за чего ее могли… убрать. Вы наверняка знаете, что она приобрела несколько ультрамариновых шахт в колониях — она не только торговала, но и устраивала исследования…
— Криврин, для чего понадобилось тащить на собрание посторонних? — прервал Дак, оглядевший Акиру: ее яркие одеяния, больше подходящие для светского вечера, чем для слета пиратов, ее сложенные руки, ее покрасневшее от его пристального внимания лицо. — Всего лишь мелочевка, — заключил он. — Почему не думаешь, что они могли тебе наплести всякого бреда про Лисицу? Мы пару раз работали вместе, но даже я не знаю, что было у нее на уме.
— Потому что Видящие пытались использовать меня, чтобы добыть исследования Лисицы, — рыкнул Криврин. — И в этом я уверен. Они всех нас здесь опутали своими сетями, и я не стыжусь признаться, что поддался им, потому что искал любую информацию о своей семье после войны. А ты, Дак? Чем они подцепили тебя? Неужели заплатили за тебя одни из многочисленных долгов? Дали тебе подачку?
— Это мне платят долги! — взвился рыжий, но Криврин лишь растянул губы в оскале еще шире:
— Ты просто хочешь, чтобы все так думали. Мы понимали, что Видящие становятся слишком сильны, слишком могущественны, но надеялись, что они всего-то хотят распространять свою веру, ведь этим и занимаются обычно подобные им, правда? Убеждали себя, что это не наше дело. Но мы уверены, что Видящие сотрудничают с империей Аматерасу, они ищут для них секрет бессмертия, и ради этого они нас всех перережут.