Щелкнул замок, и вошел дед. Наташа помахала ему и воскликнула:
— Дедушка, привет! Я с Пашей разговариваю.
Тем самым она дала понять, что разговор об Андрее закончен. Разуваясь, дед поинтересовался:
— Спроси, выехал ли Борис.
Пашка услышал его вопрос и тотчас ответил:
— Скажи, что да, на дополнительном поезде, который не идет через Украину, с Каретниковыми. Приедет он десятого августа рано утром. Каретниковы повезут Яна в глазной центр, чтобы сделали ему операцию и вернули зрение обожженному глазу, если это возможно, а Боря поживет с вами. Кстати, как твой бизнес?
— Ресторан приносит мало, только на еду. Косметика — прям хорошо, спасибо тебе за подсказку.
— Будешь квартиру покупать? — спросил он совершенно серьезно, хотя Наташе ее порыв теперь казался смешным.
— Да какой там, — сказала она упавшим голосом. — Десять тысяч долларов стоит квартира на выселках, откуда ехать до метро с пересадками, в ужасных районах, в ужасных деревянных домах, которые выглядят, как бараки в Николаевке, и там крысы шуршат. А я уж губу раскатала!
— А сколько в нормальном районе? В таком, как дедушка живет? — поинтересовался Пашка.
— Пф… космос. От семнадцати тысяч долларов в хрущовке! Однушка. Прикинь? Кто столько зарабатывает? Это ж нереально! В нашем городе — три-пять, по-божески, а тут… так что снимать мне пожизненно.
— Выход есть.
Или показалось, или голос Пашки зазвучал заговорщицки.
— Какой? За мою почку столько не дадут. Вот реально не вижу выхода, — начала злиться Наташа — ну зачем ее злить, когда и так тошно?
— А сколько стоят квартиры, скажем, в Марьино? — спросил Пашка осторожно.
— Понятия не имею, — ответила Наташа. — А где это?
— На юге Москвы. Там сейчас как раз поганый богом забытый район должен быть, без метро.
— И на фига мне без метро? Как я на работу ездить буду? Два часа в одну сторону на ишаках добираться? А если ночью назад? Знаешь, сколько тут стоит такси из центра в Перово? Десять баксов!
Пашка присвистнул.
— Ага? Тут капец как дорого жить! Как будто все миллионеры. Я много зарабатываю по нашим меркам, по московским — фигню.
— Погоди! Московское метро растет. Я видел секретные карты, — сказал он практически словами из песни, которую любил. — То ли в девяносто шестом, то ли в девяносто седьмом в Марьино хотят провести метро…
Он сделала паузу.
— И? — спросила Наташа.
— И цены сразу вж-жух в космос. Не понравится в Марьино — продашь ту квартиру, чуть добавишь и купишь поближе. Такая вот схема.
— А точно туда проведут метро? — засомневалась Наташа.
— Сто процентов. Главное не затягивать, чтобы остальные москвичи не уверились, что эти слухи — правда.
Вот откуда Пашка все это знает? Он говорил, что познакомился с каким-то крутым парнем, у которого отец при правительстве. Наверное, от него и узнал.
— А если не проведут? Все останавливается, зарплаты не платят, заводы дохнут…
— Пока все думают, как ты, цены останутся низкими. А когда начнут станции перед Марьино открывать, станет поздно, цены поползут вверх. Ну, ты смотри. Десять тысяч долларов — сумма немаленькая. Если не наберешь ее, купи хоть комнату в коммуналке, она тоже подорожает.
— Спасибо, Паша. Большое и человеческое! Лучше бы ты вместо Бори приехал, сходили бы в театр, поболтали бы.
— И тебе спасибо. Твой товар улетает на ура. Друзья просят тебя поблагодарить.
— Круговорот спасиб в природе, — пошутила Наташа.
Удивительно, но настроение стало налаживаться. Словно кто-то выключил Наташу и включил. Главное не думать о случившемся на Красной площади…
И снова перед глазами — лицо Андрея. Она мотнула головой и заставила себя думать о масштабной стройке в центре. Есть деньги на такую стройку, значит, и на метро будет…
— Как район называется? — спросила Наташа.
— Марьино, — ответил Пашка. — Не самый благополучный, я б туда один не сунулся, зато Москва. Все, мне надо бежать. Деду еще раз привет. Поводи Бориса по Москве, хорошо? Понимаю, что ты занята, но хоть несколько часов удели ему.
— Ладно, — нехотя ответила она. — Пока.
И повесила трубку. Боря ну вот совсем некстати приезжает. Пашку она воспринимала как равного, хоть между ними два года разницы. Иногда ей казалось, что он даже старше, а вот Боря — мелочь пучеглазая, еще совсем ребенок-восьмиклассник.