Забиулло базировался в труднодоступном горном ущелье Мармуль близ Мазари-Шарифа. Отсюда он совершал свои набеги, сюда привозил захваченных партактивистов, солдат народной армии, дехканских вожаков, награбленные ценности, здесь обучал свое немалое воинство и давал хвастливые интервью западным журналистам, называя себя «эмиром северного Афганистана». Однажды к нему в Мармуль пришла делегация наиболее уважаемых в здешних краях старейшин и священнослужителей: Хаджи Кадыр, Хаджи Хадайколь, мулла Султан, Хаджи Гафур (хаджи — почетное в мусульманском мире имя, оно присваивается тому, кто совершил паломничество в Мекку. — Г. У.). «Все люди просят: перестань бесчинствовать!» — сказали они ему. Из Мармульского ущелья старики не вернулись…
Кишлак Гуль-Мамад, где живет Мухамед Захир, находится в непосредственной близости от Мар му ля. Пока банде Забиулло не нанесли решительный удар, нечего было и думать о каких-либо переменах в жизни дехкан. А в этих переменах кишлак остро нуждался. Много лет чуть не вся здешняя земля принадлежала крупному феодалу Али Мамаду. Сам он жил в городе, а люди батрачили на него, получая одну четвертую долю урожая. Рассчитаются с баем, а следом приходят душманы и облагают дехкан своими поборами и «данями».
И вот Забиулло убит. Его отряд рассеян. Люди, стоящие сейчас на площади, все еще не могут поверить в эту весть… Неужели они наконец смогут распрямить свои плечи, полной грудью вдохнуть воздух родины?
На следующий день кишлак снарядил делегацию в Мазари-Шариф во главе с Мухамедом Захиром. Как никак, он здесь самый грамотный, закончил все четыре класса сельской школы. «Узнайте, — наказывали им, — надолго ли в нашей округе установлен мир? И что это за земельная реформа, о которой говорят по радио из Кабула? Одним словом, как нам жить дальше?»
Там я и встретил их в кабинете главы провинциального комитета НДПА. Секретарь долго беседовал с делегацией, подробно отвечал на все вопросы, а расставаясь, сказал:
— Скажите землякам, что на днях пришлем к вам наших представителей. Тех, кто отвечает за земельно-водную реформу, за новую жизнь дехкан, и тех, кто обеспечивает их безопасность.
…Год спустя в Кабуле проходило Всеафганское совещание, посвященное развитию сельского хозяйства и ирригации в стране. Сюда съехались руководители местных партийных и государственных, аграрных и водных органов, председатели дехканских кооперативов, мирабы. Можно сказать, представители всей страны — в деревнях живут 80 процентов ее населения.
В докладе Председателя Совета Министров ДРА подробно говорилось о том, что сельская местность ныне — главное поле борьбы за претворение в жизнь идеалов Апрельской революции, что в первую очередь здесь проводятся коренные социально-экономические преобразования. В ходе земельноводной реформы сотни тысяч безземельных или малоземельных крестьян получили собственные наделы. Государство оказывает дехканам и другую помощь, обеспечивая их семенами и удобрениями, выделяя технику и кредиты, строя новые и восстанавливая старые оросительные системы. Созданы машинно-тракторные станции, налаживается ветеринарное обслуживание, ведется борьба с саранчой.
Жители села признательны республике за эту помощь. Они всем сердцем поддерживают новую жизнь, крепкие всходы которой появились в большинстве провинций страны. По всей территории ДРА заметное развитие получило кооперативное движение. В республике уже около четырехсот дехканских кооперативов — снабженческо-сбытовых, кредитных, птицеводческих, каракулеводческих…
После совещания его участники отправились на выставку «Мелиорация в СССР». У одного из стендов неожиданно сталкиваюсь с Мухамедом Захиром. Он первым узнает меня и крепко жмет мне руку.
Как тут не расспросить о новостях? Отыскиваем уголок посвободнее и продолжаем разговор, прерванный год назад.
… Молодость революции прекрасна своим стремительным движением. Еще совсем надавно, помните, Мухамед был безземельным батраком, жившим, казалось бы, в вечной кабале у бая, в постоянном страхе перед душманами. А на совещание в Кабул он приехал как председатель дехканского кооператива, полномочный посланец целого уезда Нахрешан и партийной организации провинции Балх.
Новостей в кишлаке столько, что Мухамед рассказывает о них, как говорится, взахлеб. «Самая важная — у нас прошла земельная реформа. Байские угодья отдали нам. Каждая семья теперь имеет по 12 джерибов (около двух с половиной га. — Г. У.)… Нет, все же главная новость другая, — тут же перебивает он себя. — То, что мы создали свой кооператив. А урожай какой сняли! Вдвое больше, чем обычно!»