— Значит ли это, что развитие города станет делом частной инициативы, свободного предпринимательства?
— Конечно, нет. Речь идет о сотрудничестве, о сложении сил, которые имеются в сегодняшнем афганском обществе. Тот же Кабул и впредь будет развиваться по единому Генеральному плану, рассчитанному на период до 2005 года. В нынешней пятилетке городу выделены 6 миллиардов афгани государственных капиталовложений. На них можно будет строить жилье, крупные социальные объекты, современные инженерные сети. Частный сектор выделяет на свою программу строительства 1 миллиард афгани, освобождая при этом город от многих хлопот. Республика хочет, чтобы купец и кустарь были ее сторонниками и союзниками как в политических, так и в хозяйственных заботах. Строить новое общество, национальнодемократический Афганистан должны все его члены, все социальные слои населения. Это наше общее дело. Это объективное требование дня.
ВОЖДЬ АЧИКЗАЕВ
— Говорите громче, — предупреждает меня мой собеседник. — Стал глуховат. В последние годы довелось повоевать. Наслушался канонад.
И он заразительно смеется.
Исмат Муслим — вождь стотысячного племени ачикзаев. Ему 47 лет. Он высок и строен. Затемненные очки в изящной «профессорской» оправе никак не вяжутся с увесистым маузером на поясном ремне. Висящий около него пистолет кажется невинной игрушкой. На столе между чайником и пиалой дымящегося чая лежит стянутый с плеча автомат. Китайская пиалка маленькая, на один глоток, как и полагается на приличной чайной церемонии. Кулаки Муслима, крепко опирающиеся на стол, производят впечатление. Пожалуй, если кончатся патроны, они могут очень пригодиться в бою…
В Афганистане сложной судьбой никого не удивишь. Достаточно погнута жизнь и у Муслима. Он — выходец из военной элиты. Его отец, полковник, командовал дивизией в Газни, Пактии, был губернатором провинции, занимал высокие посты в Кабуле. И Муслим пошел по стопам отца, получил военное образование. Служил в армии в должности заместителя начальника инженерных войск, преподавал на высших военных курсах в столице. И все это — не порывая со своим племенем ачикзаев, населяющим длинную приграничную полосу под Кандагаром. По давней традиции, мужчины их семьи возглавляли это племя. После того как его отец умер, вождем ачикзаев был избран Исмат Муслим.
Часть ачикзаев издавна живет по ту сторону границы, в Пакистане. И когда авантюрист Амин начал притеснять племенных вождей и старейшин, круто ломать вековые традиции и нравы, Муслим с группой своих наиболее близких приверженцев покинул родные места и ушел к своим сородичам в Пакистан. Там он основал партию «Федаины («посвятившие себя», самоотверженные служители. — Г. У.) Афганистана». Со временем он создал крупный вооруженный отряд.
Высокообразованный волевой человек, профессиональный военный, Муслим привлек к себе внимание контрреволюционных заправил и их иностранных покровителей. Вокруг него стали виться американские, пакистанские, западногерманские, английские советники. «Племени и мне лично, — рассказывает он, — была обещана крупная материальная и военная помощь. Меня зазывали в длительные «пропагандистские» поездки в Европу и за океан. Я наотрез отказывался хотя бы ненадолго покинуть свою землю. Интересы ачикзаев были для меня превыше всего…»
Но вот в Афганистане наступили иные времена. Начался трудный и длительный процесс консолидации общества вокруг НДПА, правительства республики. Многие люди, не сразу принявшие революцию или разошедшиеся с нею, осознали правоту ее целей и действий, встали в строй ее борцов.
Не мог остаться равнодушным к переменам на родной земле и такой человек, как Исмат Муслим. «Афганистан — многонациональное государство, — продолжал он свой рассказ. — В нем прочно укоренились племенные отношения.
И вот мы слышим: демократическая республика провозглашает равенство всех наций и народностей. Мы слышим слова в поддержку самостоятельности племен, уважения их обычаев, призыв к их тесному сотрудничеству с народной властью. В далекие кишлаки приходят из Кабула врачи и учителя, караваны с одеждой и хлебом. Кто это видел раньше?»