«Работа эта порой трудная, но благодарная, — рассказывает Бобровников. — Если бы вы знали, сколь серьезно люди воспринимают доверие своих земляков, как тянутся к общественным делам, насколько ответственно и государственно мыслят. Недавно был случай — контрреволюционеры взорвали машину с взрывчаткой у гостиницы «Кабул». Жертв, на счастье, не было, нс; ущерб — три миллиона афгани. Мы выделили из нашего бюджета эти средства и в считанные дни отремонтировали здание. А вскоре на встрече народных представителей городского совета с духовенством Кабула встает один наш посланец, рабочий Джангалакского авторемонтного завода, и говорит:
— Сегодня еще неизвестно, кто в городе пользуется большим авторитетом: мы или муллы… Почему бы вам, духовным наставникам, не разъяснять в своих проповедях подлинный смысл душманских действий? Вы только посмотрите: три миллиона исполком, конечно, нашел. Но ведь это значит, что какой-то городской район получит воду позже, чем обещали людям, или новая школа не успеет войти в строй…
Вот так растут люди…»
…У Кабула давняя дружба с нашей столицей. На его улицах лежит «московский асфальт» — еще в начале 50-х годов только три кабульские магистрали имели современное покрытие. А по остальным в период дождей было ни пройти, ни проехать. Поставленное из Москвы оборудование для асфальтобетонного завода позволило уже к концу 1955 года полностью застелить асфальтом все улицы и площади.
Первыми кабульскими такси стали пять «Побед», подаренных городу Моссоветом тоже в пятидесятых годах. Две из них до сих пор можно встретить на кабульских улицах.
А Центр матери и ребенка, еще один подарок Москвы Кабулу? До него женщинам и детям города не оказывалась специализированная медицинская помощь, а сейчас здесь уже с десяток детских больниц, женских консультаций…
У дружбы — точный адрес забот. Тысячи посланцев Москвы, других советских городов отработали за три последних десятилетия в Кабуле, поднимая, украшая и благоустраивая этот древний город. Сотни наших специалистов в самых различных областях городского хозяйства трудятся здесь сейчас, оставляя глубокий след в судьбе и облике афганской столицы, в сердцах ее обитателей. И кабульцы искренне благодарны им за бескорыстную помощь, подлинно товарищескую дружбу. Вот почему это слово— «Дусти» («Дружба») так часто звучит в названиях новых школ, детских садов, парков. И, конечно же, улиц.
ГОНОРАР ДЛЯ ДОКТОРА
При всем своем немалом опыте невропатолог из Центральной кабульской поликлиники с подобными пациентами еще никогда не встречался. На приглашение: «Следующий!» в дверь его кабинета вошли два огромных, под два метра, почтенных старца. На вид абсолютные близнецы — с одинаковыми, пожелтевшими от старости седыми бородами, в одинаковых просторных национальных одеяниях и белых чалмах. Однако при более близком знакомстве выяснилось, что это отец и сын. Одному — 106, другому — 88 лет. Бережно усадив старика, «младший» (как тут не поставишь кавычек!) сказал, что до последнего времени ата (папа) был крепок, но вот после минувшей зимы у него стала отказывать правая нога. Быть обузой в семье он не хочет, поэтому решил полечиться.
Во время заполнения истории болезни вскрылись и другие удивительные факты. Оказывается, старый Селим, не говоря уже о его сыне Назаре, в жизни не был в больнице, не пробовал никаких лекарств. С одной стороны, судьба наградила его отменным здоровьем, но с другой — живут они с сыном в высокогорном кишлаке, откуда по скалистым тропам надо добираться до административного центра их окраинной провинции Бадахшан два дня; там несколько суток ждать вертолета до ближайшего крупного города — центра другой провинции — Кундуз, а уже потом ехать в переполненном междугородном автобусе в Кабул. Без крайней нужды на такой путь не решишься. А ближе хорошей больницы нет.
…Для того чтобы встретиться со столь необычными для него пациентами, долгий путь совершил и ведущий сегодня прием невропатолог. Из Харькова он летел в Киев, оттуда — в Москву, а затем, через Ташкент, в Кабул. Здесь Григорий Дмитриевич Перцев получил направление в качестве врача-консультанта в Центральную кабульскую поликлинику. Ему тридцать девять лет. Он из семьи медиков. Его отец был военврачом, прошел всю Великую Отечественную войну — от первого до последнего дня — в полевых госпиталях. Мать была фельдшером. Сам Григорий Дмитриевич закончил Крымский мединститут в Симферополе, а позднее — ординатуру в Харьковском НИИ неврологии и психиатрии. В 1981 году защитил кандидатскую диссертацию, а в 1982 году приехал в Афганистан.