— Ав настоящем деле?
— Там, конечно, труднее. Когда собака проедет сотни километров в бронетранспортере, от грохота, лязга, дорожной пыли, бензинового запаха чутье у нее притупляется. Надо дать ей отдохнуть, тогда работа пойдет… Хотя в кунарском походе Аза показала себя хорошо, у нее выявился и один недостаток. Быстро устает во время жары (днем у нас под 60 градусов было). Поработает максимум пятнадцать минут, потом начинает хитрить: садится там, где ничего нет. Сейчас буду больше тренировать ее на выносливость.
За время службы Саша вместе со своей помощницей обнаружил 24 мины. Сколько спасенных человеческих жизней, оставшейся невредимой техники… Причем Аза — далеко не рекордсменка, как, скажем, ветераны подразделения: Эльза, Инга. У них на счету сотни обезвреженных мин. Труженицы саперной службы…
…Сегодня у ребят выходной день. Кто на волейбольной площадке, кто присел у телевизора. А кое-кому завтра снова в поход, на проводку колонны с горючим. И они строго и тщательно проверяют свой дорожный груз, миноискатели, щупы, «кошки» для уничтожения неизвлекаемых мин, шанцевый инструмент, мотки веревок, бронежилеты, автоматы, боеприпасы, продукты, воду… 20–25 килограммов дорожного багажа на каждого. И все это надо тащить на себе.
,Саша Никитин и вожатый Эльзы Павел Котляров сидят в окружении новичков, ребят недавнего призыва, и терпеливо отвечают на их вопросы:
— А почему у наших собак такие нерусские имена?
— Потому что все они — немецкие овчарки. Лучшая порода для розыска…
— А почему эти имена «дамские»?
— С псами работать тяжелей. У них вечная борьба за лидерство.
Новички слушают рассказы бывалых солдат. А завтра им нести вперед эстафету интернационального долга, продолжать ратный труд своих старших товарищей в братском Афганистане, против которого враги молодой республики разожгли пламя преступной войны.
ХИРУРГ НА ЛИНИИ ОГНЯ
Майор-пограничник с недалекой заставы был деловит и немногословен. Час назад из надежного источника получено сообщение, что через сутки утром из Пакистана должна пересечь границу банда в 100–120 человек с караваном оружия. В этих местах известны четыре перехода. Три пограничники с помощью царандоя, партийных активистов и здешнего отряда защитников революции сумеют перекрыть, а вот на четвертый сил уже нет.
— Не помогут ли советские товарищи? — и афганский майор просит помощи у своего, уже можно сказать давнего, друга капитана Александра Тимченко.
Ни о каких раздумьях не могло быть и речи. Проникни такой караван к душманам беспрепятственно, беды потом не оберешься. Сколько сотен, а может быть, тысяч смертей законсервировано в его дорожных ящиках! Каким горем и болью для жителей кишлаков округи может обернуться их успешная доставка по назначению…
В полдень вдоль Кандагарского шоссе по песчаной целине двинулась группа мотострелков из восьми БТР и БМП (бронетранспортеров и боевых машин пехоты). В головном БТР находился сам Тимченко, занимавший командирское место рядом с водителем. Рядом во вращающемся кресле — стрелок. Дальше вдоль машины тянулись две узкие скамьи, на которых разместился со своим имуществом старший лейтенант Сергей Филатов — военврач, хирург. Боевого крещения он еще не прошел и поэтому готовился к предстоящей работе особенно тщательно.
— Обезоружить, а тем более взять караван — штука непростая, — рассказывал новичку капитан. — Мне не приходилось, а вот афганца видел? На его счету три или четыре. Проводники разрабатывают детальный план проводки такого транспорта. Серьезное разведывательное обеспечение. Тайные знаки из веточек и камней: «дорога закрыта», «объезд направо». Сигналы дымами, фонариками из укрытий. При ночной встрече с патрулем бандиты стремятся резко развернуться и как можно быстрее уйти назад, а если бой неизбежен, сражаются отчаянно…
Филатов слушал его и время от времени поглядывал из открытого люка вперед и по сторонам, а чаще назад, где в середине и в замыкающей машине ехали его помощники — сержанты-санинструкторы братья Василий и Александр Струначевы и Руслан Таран. Вокруг было жарко, пыльно и абсолютно безлюдно. Лишь далеко справа на Кандагарском шоссе мелькали нечастые автобусы и грузовики да дорожные посты афганской армии: врытый в землю танк с тремя-четырьмя фигурками прячущихся в его тени солдат.
Они шли без особых происшествий свыше десяти часов. На коротком привале Филатов дал анальгин прапорщику Владимиру Ряднову: у того разболелся зуб. Сделал компресс молодому солдату: с непривычки ему напекло голову.