Я обхватила себя руками и скрестила руки на груди.
— Нечестно, что ты знаешь обо мне всё, а я о тебе — ничего настоящего.
— Поэтому я и привёз тебя сюда. Это настоящее. Я настоящий. И ты меня знаешь. — Его взгляд был пронзительным, он глубоко дышал. — Неважно, как я выгляжу. Ты всегда будешь меня узнавать.
Внутри меня боролись противоречивые чувства. Я была в смятении, не понимала, чего хочу сама и чего хочет он, всё это было почти невыносимо.
— Думаю, тебе стоит отвезти меня домой.
Он помолчал, потом словно сдулся, выдохнул и кивнул.
— Хорошо.
***
Я пошла за ним через лес к пикапу. Он открыл для меня дверцу, я скользнула на сиденье, а он обошёл машину и сел за руль. Свет и ветер в кронах деревьев рождали на земле причудливую игру теней — скользящие тёмные пятна, блуждающие лоскуты мрака.
Ашер взялся за ключи. Если мы сейчас уедем, всё это останется позади, уйдёт в прошлое. И вдруг я поняла, что прямо сейчас не хочу терять ещё хоть что-нибудь.
— Ашер, подожди.
Замерев с ключами в руке, он медленно повернулся ко мне и в его глазах светилась надежда.
— Эди, позволь мне быть рядом. Я не уйду, — тихо сказал он.
Я кивнула — так едва заметно, что он, возможно, даже не увидел этого движения.
Он придвинулся ко мне и поцеловал. В этом поцелуе была вся его страсть, вся напряжённость чувств. Я не узнавала эти губы, этот подбородок, лёгкую щетину, царапавшую кожу, но я узнавала его самого. Я закрыла глаза и позволила себе просто чувствовать.
Кожа теплая, а тело подтянутое, стройное. Я целовала его так же крепко, как он целовал меня, просовывая руки под его рубашку и касаясь его. Он ласкал меня так, словно никогда не насытится моей кожей. Когда он оторвался, чтобы перевести дыхание, он схватил меня и прижал к себе всем телом, мое лицо уткнулось в его шею. Я могла вдыхать запах его волос, и от него больше не пахло ветивером, только шампунем, потом и кожей.
Было и так трудно дышать, но он прижался ко мне ещё сильнее.
— Ты же знаешь, что я никуда не уйду, правда? — сказала я ему в плечо, и он отстранился, покачав головой, с обеспокоенным взглядом.
— Я больше не могу тебя понять. С прошлой ночи.
Я пока не хотела думать о том, что это значит для него, является ли он недоразвитым перевертышем или полноценным человеком, но именно сейчас я была рада уединению. Я откинула голову на спинку сиденья и улыбнулась ему.
— Вот почему на тебе до сих пор штаны.
Он улыбнулся мне и прикоснулся лбом к моему.
— Ненадолго.
ГЛАВА 48
На сиденье его грузовика было мало места. Он потянул меня вниз, чтобы я села на него, и мы боролись, пытаясь снять джинсы, пока не оказались без них, он между моих ног, а мое правое колено упиралось в его руль. После шести месяцев, проведенных только с моими пальцами, я была вся скована. Он сосредоточился, вталкиваясь в меня, и когда мое тело сдалось, внезапно приняв его, мы оба ахнули.
— Неужели я…
— Нет. Не останавливайся.
Я двигалась под ним. Вот что значит быть с тем, с кем я уже была раньше. Прошло так много времени. Он двигался вместе со мной, и мы нашли ритм. Он просто не мог не касаться хотя бы части моих волос, а утреннее солнце и наше трение превращали грузовик в печь, заставляя его обливаться потом. Но он был настоящим, и это было настоящим, пока он был во мне. Его лицо надо мной было серьезным, он смотрел на меня, словно я была волшебной, дыша в такт его толчкам. Я потянулась вверх, и моя рука скользнула по его потной спине, чувствуя, как мышцы его плеч работают, чтобы удержать нас. Я провела ногтями по его коже головы и держала руки там, обрамляя его голову, глядя ему в спину. Я отвела одну руку назад, чтобы надавить на дверь и сильнее прижаться к нему. Каждый раз, когда я выгибалась, он стонал, и чем сильнее я выгибалась, тем сильнее он терся обо все мое тело. Я снова ахнула, и он двигался с большей интенсивностью и быстрее. Я притянула его голову к себе так, что наши лбы соприкоснулись, и мы дышали одним воздухом. Мы словно стали одним целым, я начиналась там, где заканчивался он, а он — на внутри меня. Всё его тело двигалось над моим, живот к животу, грудь к груди, и когда я начала громко кричать и расслабляться, он толкался сильнее, пока не кончил вместе со мной, закончив хриплым вздохом и зовя меня по имени.
Он рухнул на меня, и мне стало трудно дышать, но я не возражала. Ашер осторожно поднялся, наполовину держа меня, наполовину лежа, и, обняв меня за голову, провел рукой по моим волосам. Я прижалась к нему, наблюдая, как игра света отражается от его плеча и груди.