Олимпио поднял руки и пожал плечами.
— Это магия. Ты что, ждёшь, что она будет логичной?
Ти оглядел комнату.
— Я пойду с вами. Я знаю планировку новой церкви Мальдонадо. И я хочу отомстить.
Губы Лус изогнулись в хищной усмешке.
— Значит, ты на нашей стороне.
ГЛАВА 37
Гектор вёл машину. Пожалуй, так было лучше всего. Он знал, куда ехать, а я могла сидеть посередине на заднем сиденье, теоретически, чтобы в случае чего остановить Ти, если он снова сорвётся.
Гектор молчал, и я всё гадала, есть ли у него в бардачке что-нибудь, способное остановить зомби. Лус устроилась спереди, Катрина — рядом со мной. Снаружи хлынул ливень, такой плотный, что я невольно подумала: а вдруг Мальдонадо каким-то образом управляет этой бурей?
— Как она была? Прошлой ночью, когда ты её видела? — спросила Катрина.
Я не хотела врать, но боялась, что, если скажу правду, Лус выпрыгнет из машины и помчится вперёд без нас. Интересно, догадался ли Гектор поставить детские замки на двери?
— Она была истощена, но жива. И вся покрыта татуировками в виде костей.
Катрина чуть отстранилась, услышав это.
— Зачем?
— Она не могла сказать. Я не говорю по-испански.
Руки Катрины сплелись у неё на коленях, и она коснулась татуировки на безымянном пальце правой руки.
— Интересно, не поэтому ли…
— Не надо, — оборвала её Лус с переднего сиденья.
— Что? — не поняла я.
Наконец Катрина подняла руку, чтобы я разглядела татуировку. В свете уличных фонарей рисунок было трудно разобрать.
— Когда нам было по восемнадцать, мы пошли и сделали их. Чтобы навсегда остаться сёстрами. До самых костей.
Это был стилизованный рисунок кости пальца — на первой фаланге, похожий на «смешную косточку» из настольной игры «Операция», только толще.
— Может, в этом дело, — продолжила Катрина.
— Нет, — возразил Гектор, глядя на нас в зеркало заднего вида. — Кто лучше послужит дому Санта-Муэрте, чем мёртвый? И кого лучше похитить, чем возлюбленную мёртвой девушки?
— Я не мёртвая, — возмутилась Лус.
— Ты мёртвая. Просто пока этого не понимаешь, — спокойно ответил Гектор. — Послушайте: кто бы они ни были, они увели Адриану прямо у вас из-под носа. Эди говорит, что это, скорее всего, значит, что Мальдонадо — перевертыш.
Он будто специально вычеркнул себя из этой фразы.
— Это многое объясняет, — пробормотал Ти и сжал кулак, похрустев костяшками правой руки.
— Для нас это значит вот что: к нему нельзя прикасаться. Нужно постараться загнать его в угол и обезоружить, но не касаться кожей к коже. И держаться так, чтобы видеть друг друга, чтобы никто не потерялся и не остался позади.
Лус застонала. Для неё, способной двигаться куда быстрее любого из нас, сдерживаться и держаться рядом было настоящей мукой.
Я задумалась, даст ли она мне в конце концов свою кровь и будет ли моего участия в этой вылазке достаточно, чтобы это засчиталось. Она обернулась, будто почувствовав, о чём я думаю.
— Теперь я понимаю, почему она тебя избегала.
Я кивнула в темноте. Те, кто возводят вокруг себя стены, не могут пораниться.
— Откуда ты знаешь, где это? — спросил Ти у Гектора.
— Сегодня утром они прибили к двери клиники флаер с адресом. Трудно было не заметить.
Гектор выключил фары и плавно остановился.
— В конце квартала. Если подъеду ближе, они поймут, что мы здесь.
— Они и так скоро поймут, что мы тут, — Лус выпрямилась на сиденье. — Увидимся внутри, — сказала она и выпрыгнула из машины.
— Рейна! — крикнула ей вслед Катрина. Я перегнулась через Ти, чтобы выглянуть, но не увидела её, потому что она уже исчезла.
— Думаешь, можно рассчитывать, что она снимет снайперов? — вслух спросил Ти.
— Здесь не стреляют прицельно, — крикнул Гектор, едва перекрывая шум дождя, барабанящего по крыше машины. Молния на мгновение высветила его: он водил рукой из стороны в сторону, изображая очередь из автомата.
— Тогда вам двоим лучше остаться здесь, — сказал Ти, глядя на Катрину и меня.
Мне хотелось пойти с ними, но я не была ни сверхъестественным существом, ни пуленепробиваемой. А если я пойду, то ни за что не смогу убедить Катрину остаться.
— Ладно, — я переводила взгляд с одного на другого. Возможно, это был последний раз, когда я видела их живыми.
— Прикрывайте друг друга, хорошо?
Гектор кивнул, Ти что-то буркнул и они одновременно шагнули под дождь.
Послышался далёкий крик, громче шума ливня, и раздались выстрелы.
— Давай сюда, — Катрина прижалась к спинке водительского сиденья, туда, где прошлой ночью сидел Дрен, и потянула меня вниз, чтобы я сделала то же самое.