– Почему, черт возьми, ты заставляешь меня выпытывать из тебя признание? Просто расскажи мне!
Я стал раздражаться, а злость в моем голосе только возрастала.
Какого черта, она не хотела разговаривать со мной?
– Черт побери, Кэсси, просто признайся! Ты злишься на меня? Я сделал что-то не так?
Мой телефон просигналил о новом сообщении. В раздражении, я схватил его и нажал на кнопку, чтобы прочитать сообщение.
«Кэсси убьет меня за то, что я отправил тебе это, Джек. Но ты должен знать. Это фото с твоей игры сегодня вечером».
К сообщению мой младший брат прикрепил фотографию, на которой было видно, как Кэсси в спину бросают стакан пива.
ГЛАВА 12. Мне не нужна нянька
Кэсси
Мне не нравилось, что Джек думал, будто сделал что-то не так. Я не хотела говорить ему о болельщиках на стадионе, о женах других игроков или о том, что сегодня случилось. Последнее, что ему нужно, это беспокоиться обо мне, когда он находится на поле. Бейсбол – его работа, а не хобби по выходным. Я не хотела быть такой девушкой, которая будет отвлекать его от работы, и я сделаю все возможное, чтобы он не увидел во мне обузу. Каждый вечер стадион был заполнен тысячами людей. И не было похоже, чтобы он смог помешать им говорить в мой адрес всё, что они захотят.
Раздражение Джека росло, и мне нужно было рассказать ему хоть что-нибудь. Я вспомнила тот раз в колледже, когда скрыла от него свои истинные чувства. Это случилось во время его первой выездной игры и вылилось в настоящую катастрофу. Девчонки в колледже показали мне две фотографии, сделанные на телефон, на которых Джек и какая-то брюнетка входили в номер отеля безумно довольные. Я убедила себя в том, что Джек изменил мне, пока его команда была в Техасе, и отказывалась отвечать на его звонки и сообщения, отчего он довел до белого коленя всех, кто был с ним рядом в тот момент. Брюнетка с фотографии оказалась подружкой Бретта, парня, с которым Джек делил комнату. Но я не дала ему шанса объяснить мне это, пока он не вернулся из поездки дико злой на меня. Научилась ли я хоть чему-нибудь из этой ситуации?
Джеку на телефон пришло сообщение. Я заметила, как выражение его лица менялось с раздраженного на совершенно иное, пока он читал сообщение.
– Котенок, – сказал он почти шепотом, и в его глазах вспыхнул гнев вперемешку с грустью.
Я прислонилась к холодной гранитной столешнице, так как не знала, что сказать и с чего начать.
– Что случилось вечером?
В мгновенье ока он оказался около меня, и прижался губами к моей шее. Я чувствовала, как он сдерживался, как отчаянно пытался оставаться спокойным, но моя неуверенность испытывала его решимость на прочность.
Я проглотила ком в горле, прежде чем повернулась к нему лицом.
– Ну, болельщики вашей команды иногда бывают не очень добрыми, и жены других игроков ведут себя как настоящие стервы, – я вся сжалась, пока делала это признание.
Тело Джека напряглось, и его руки сжались в кулаки.
– Швырнуть в тебя пива – больше чем просто подлость, Кэсси.
– Откуда ты узнал про пиво?
Он показал мне сообщение в телефоне.
– Дин, – я кивнула, понимая, что на этот раз даже Мелисса не смогла бы остановить Дина.
– Что ещё? – спросил Джек сквозь стиснутые зубы. Я прикинулась дурочкой.
– Что ещё, что?
– Что ещё случалось во время игр? И перестань пытаться защитить меня, или что там ещё ты надумала сделать. Потому что я уже на пределе.
– Фанаты иногда бывают грубыми по отношению ко мне.
– Что это значит, бывают грубыми? Как проявляется их грубость?
– Несколько человек просто выразили свое негодование по поводу фотографий, которые были выложены в сети.
Я не смотрела ему в глаза. Я пыталась говорить равнодушным голосом, словно всё это не имело значения, однако Джек не купился.
– Какие фотографии? – его голос звучал жестко. И тут до меня дошло, что Джек ничего не знал о них. Конечно, не знал. Ведь он не тратил время на чтение газет. И если бы Дин не сказал ему о произошедшем, тогда кто бы сказал? Пресс-секретарь команды и отдел по связям с общественностью стоят в стороне от всего, что напрямую не связано с командой и игроками. Всё, что касалось меня, их не интересовало
– Помнишь фотографию, которую мне прислала Мели? На следующее утро она была напечатана в газете. С тех пор появилось ещё несколько публикаций. – Я намеренно не стала говорить о той фотке, на которой я показывала неприличный жест толпе.
– Ты, мать твою, шутишь?
– Нет, – сказала я, уставившись в стену.
– Есть что-то ещё, что ты не рассказала мне?
Мой взгляд сфокусировался на его темных зрачках, потом я моргнула и закрыла глаза перед следующим признанием. Я выдохнула и сказала:
– Кто-то пытался плюнуть в меня прошлым вечером. Но это всё.
– О, значит это всё? – он недоверчиво покачал головой перед тем, как взмахнул руками в воздухе. – Это хреново. Чертовски хреново.
Джек притянул меня к себе, его тело сотрясалось от злости, пока он прижимал меня к своей груди. Он крепко обнял меня за талию, прежде чем прислонил свою голову к моей.
– Ты не должна молчать о таком. Я не смогу остановить это, если не знаю, что происходит. Ты должна держать меня в курсе дел.
– Я не хочу быть тебе обузой, – призналась я, чувствуя себя глупо, произнося это вслух.
Он сжал меня еще крепче в своих объятиях.
– Ты никогда не будешь обузой. Ты слышишь меня? – спросил Джек, приподнимая мое лицо за подбородок. Его глаза были плотно закрыты. Потом он их открыл и произнес: – Не могу поверить, что это случилось с тобой. Мне так жаль, Котенок.
Он начал расхаживать взад-вперед, теребя свои черные как смоль волосы, в то время как меня заполнило чувство вины.
Случилось именно то, чего я боялась. Джек слишком сильно волновался обо мне, чтобы мыслить ясно.
– Не извиняйся, Джек. Это не твоя вина. И я не беззащитна. Там везде стоит охрана. Пожалуйста, не бери это на себя. Не волнуйся обо мне. Со мной всё будет хорошо.
Внешне я выглядела уверенной в себе подружкой парня, но внутри я задыхалась. Правда состояла в том, что я не чувствовала себя защищенной, и я не была уверена в том, что всё будет хорошо.
– Не волноваться о тебе? – он печально рассмеялся и глубоко вздохнул. – Это всё равно, что попросить Крайслер-билдинг не быть таким высоким!
Мне нравилась та страсть, которую испытывал ко мне Джек, но мне хотелось успокоить его. Мне хотелось быть единственным человеком на земле, рядом с которым он будет чувствовать мир и покой, а не испытывать ненужное беспокойство.
– Может быть, Маттео будет ходить с тобой на игры, – начал он говорить мысли вслух, пока не проникся этой идеей. – Точно! – Он кивнул, – Маттео будет ходить с тобой на игры.
– Что? Это же безумие. Ты не можешь просить его делать это. Он наш водитель, а не нянька.
– Почему ты такая упрямая? Я предпочту, чтобы ты была под защитой Маттео, чем оставалась одна на гигантском стадионе, где каждый знает твое местоположение.
– Нет. Это же смешно.
Я не знала, почему спорила. Ведь, признаться честно, это была отличная идея, и я уже чувствовала себя более уверенной от мысли, что кто-то вроде Маттео будет на моей стороне. Он был сильным и даже пугающим, и я знала, что он готов драться, если это будет необходимо для обеспечения моей безопасности. Я верила, что он сделает всё, о чем его попросит Джек.
– Это не обсуждается, Котенок, – Джек наклонился так близко, что его горячее дыхание обожгло мое лицо. – Я не смогу сконцентрироваться на игре, если буду волноваться о том, что люди скажут или сделают тебе на трибунах. Маттео будет ходить с тобой и точка.
Он сделал жест руками, показывая, что мои возражения не принимаются.
– Что значит точка? Мне что, двенадцать лет? Я уже не могу решать, что делать с собственной жизнью? Я заложница прессы и твоих фанов, когда нахожусь на стадионе, и сейчас я становлюсь заложницей еще и дома?