– Я буду до девяти, – рычит она. – И не нужно меня встречать! Мне, по-твоему, пять лет?
– Ты мелкая, – заявляю я, – и тебе нужна наша защита.
– От кого мне и нужна защита, так это от вас, придурки.
– Да ладно тебе, мелкая, – улыбаюсь я.
– Еще раз назовешь меня мелкой, и я намажу твои тренировочные трусы перцем. – Гейл шагает ко мне и встает на против, буровя взглядом. – Понял?
– Ме-елка-ея, – растягиваю я, смакуя слово на языке, а Ченнинг давится смехом.
– Ну все, тебе конец! И тебе тоже! – Гейл поворачивается в сторону брата. – В девять у фонтана. И ни минутой раньше. И если оба будете следить за мной, я устрою вам ад. Поняли? – Девушка смотрит то на меня, то на брата.
– Да, мелкая, поняли! – смеюсь я, как и Ченнинг.
– Ненавижу вас, придурки! Я когда-нибудь отомщу!
***
С Ченнингом возвращаемся в его комнату и снова усаживаемся играть в футбол.
И когда слышим стук двери Гейл, то Райнер толкает меня в бок локтем.
– Пошли.
Я усмехаюсь.
– Ты реально собрался за ней следить?
– Естественно. Она же моя сестра. Вдруг он какой-нибудь придурок.
– Парень Гейл? Придурок? – Едва не давлюсь смехом. – Максимум ботаник.
– В любом случае, поднимай свой зад, мы должны успеть раньше Гейл.
Выбираемся через черный ход, хватаем велосипеды и устремляемся вперед.
Подъезжая к парку, оставляем велике и направляемся к фонтану, осматриваясь в поисках парня Гейл.
– Как думаешь, кто из них?
– Хм… – Осматриваюсь и останавливаюсь на парне, больше всего похожем на ботаника. – Я думаю он.
Мы переглядываемся с другом и припускаемся к одиноко сидящему на розовой скамейке парню.
Стоит добраться, как плюхаемся по обеим сторонам от паренька.
– Привет, – произносит Ченнинг, а я вижу, как бедолага становится еще тощее.
– П-привет, – произносит парень. – В-вы ч-что-то х-хотели? – Он смотрит то на Ченнинга, то на меня, и у бедолаги проступают над верхней губой бисеринки пота от волнения. Я напрягая мышцы, делая их более очевидными.
– Ага. Ты знаешь Гейл?
Вижу узнавание во взгляде. Парень, как собака, склоняет голову. Значит, я угадал.
– Д-да, – заикается он.
– Отлично! – Ченнинг хлопает парня по плечу, и он чуть ли не гнется под его силой. – Мы ее братья.
– Г-гейл н-не говорила, что у нее е-есть б-бра-тья.
– Естественно, – усмехается Ченнинг. – Иначе б ты не пришел. Так вот, приятель, слушай внимательно, если хочешь уйти на своих двух. Никаких поцелуев и рук.
– Да-да, – подтверждаю я. – Я буду тщательно наблюдать, где находятся твои руки.
– Понял? – спрашивает Ченнинг.
– Д-да… – Кивает он.
– Отлично. – Райнер треплет парня по плечу. – Молодец.
Мы оба встаем со скамьи.
– И да, ты нас не видел, – произношу я. – Договорились, приятель?
Бедолага еще рьянее кивает головой, и мы торопимся к своим великам.
– Я думал, он обделается, – смеюсь я.
– Думаю, он уже, – усмехается Ченнинг, и мы оба усаживаемся на траву за кустами, где оставили свои велосипеды.
Через десять минут Гейл, улыбаясь, машет придурку, а тот озирается по сторонам, и лишь убедившись, что никого не видит, машет ей в ответ.
Стоит Гейл подойти, она садится на лавочку и целует парня в щечку, а тот аж вздрагивает, будто ему подложили электрический коврик.
– Боже, она его поцеловала в щеку? Какая гадость! – Морщусь я. – Он же стремный. У него очки, как театральный бинокль моей матери.
Ченнинг выглядывает из-за кустов, а я нависаю над ним, так же смотря в сторону Гейл.
– Он ее поцеловал? – спрашиваю я, наваливаясь на Райнера, опираясь локтями о его спину и выглядывая из-за кустов.
– Нет. И слезь с меня. – Двигает плечом друг.
– Да я ж не вижу. – Выглядываю я еще больше. – Что он делает?
– Ничего, – хрипит Ченнинг, когда я наваливаюсь сильнее, пытаясь выглянуть. – Да тебе мало места рядом, что ли? И мы выглядим как педики, твою мать, Лиам!
– Да ладно, все равно всем пофиг, – произношу я и устраиваюсь рядом, выглядывая и смотря на парочку. Чувак сидит словно на первой парте в младшей школе. Идеально ровная спина, вытянутая шея, как у жирафа, и кажется, парень совсем не дышит. – Может он умер? Не?
– Не-е, шевелится.
– Надо было брать мамин бинокль, – усмехаюсь я, растягиваясь на траве. – Свиснешь, когда что-нибудь интересное произойдет. – Подкладываю руки под голову и скрещиваю ноги.
– Ты решил отдохнуть? – Смотрит на меня Ченнинг.
– А что ты предлагаешь делать? Этот амебный явно будет до девяти вечера сидеть, будто кол проглотил. Ничего интересного.