В кабинете повисла тишина.
Леон молча курил, не сводя оценивающего взгляда с куратора. В мыслях роились одни лишь предположения, для чего такому занятому человеку, как Мигель Гонсалес, внезапно требовать подобное. А тут и память подсобила, подбросила неприятные воспоминания… В прошлый раз, когда Мигель так нервничал, Леон лишился своего напарника.
- Ладно, - устало выдавил Хетфилд. Все равно отнекаться не получится. - Только условие. Заберете из дому сами, обратно отвезете. Снасти тоже с вас. Как еда и прочие радости вылазки на природу.
Гонсалес должен был просиять от такой удачи - самая большая заноза Департамента не стала устраивать трагедию… Однако, тот поднял взгляд на своего подчиненного и кивнул.
- Спасибо. В субботу в четыре утра. Заеду.
Леон уже проворачивал ключ в замке, чтоб открыть дверь, как услышал:
И выйди, пожалуйста, с виноватым видом, будто я тут тебя так сильно отчитал, что ты на меня обиделся.
Хетфилд нахмурился, потому что обида - это не про Леона.
- Во! - куратор поднял палец вверх. - То, что надо!
- Да пошел ты! - рявкнул охотник-одиночка так, что стекла на дверях затряслись. Хетфилд еще и дверью хлопнул. Все, как просили: в лучших традициях самых настоящих истеричек, которых только что не на шутку отчитали. Его поведение немало удивило присутствующих в коридоре зевак, которые, судя по ошаранным выражениям лица, слонялись близ кураторского кабинета только ради одного: самолично лицезреть завершение выволочки такого гаденыша, как Леон Хетфилд.
- Тебя уволили что ли? - преградил путь Ким.
- И тебя туда же! - рыкнул в ответ Леон, обошел охотника, такого же великого любителя собирать сплетни, как и его напарница Оса.
- Да что с тобой сегодня? - бросили ему вслед, но Леон уже вышел из Департамента.
***
День выдался тяжелым и очень насыщенным. Оказаться в стенах собственной квартиры хотелось до умопомрачения.
Хетфилд закрыл дверь, оставляя позади пустую суету шумного города. От проблем, к сожалению, так просто не отмахнешься. Он глубоко вдохнул полной грудью и нажал кнопку переключателя. Ярко вспыхнула лампочка под тонким абажуром. Резануло по глазам внезапным контрастом тьмы и света. Усталость накатила новой волной. Леон потер ноющие виски.
Спасибо пресловутой лондонской погоде, грязные и мокрые ботинки пришлось снять у двери. Куртку - повесить сохнуть на крючок. Кобуру - уже в рабочем кабинете - на тумбочку.
Леон нажал на кнопку включения ноутбука и вытащил из ящика непочатую пачку сигарет. Пароль вводил одновременно прикуривая сигарету. Детально прокручивать в голове события сегодняшнего дня - то еще удовольствие. Оторвался на некоторое время от монитора, чтоб снять очки и потереть слезящиеся от напряжения глаза. Взгляд упал на часы. Начало первого, а отчет еще не готов. Поскорей бы все это закончить...
Хетфилд потянулся, откинулся на спинку кресла и… услышал то, чего быть не должно: посторонние звуки, доносящиеся откуда-то из кухни.
Тело отреагировало автоматически: за пояс прикрепил нож, в правой руке оказался пистолет. Леон проверил обойму и бесшумно пошел на звук.
На случайно влетевшую в окно птицу похоже не было. Недовольный бубнеж перемежался с грохотом кухонной утвари. А для рядового грабителя странно искать поживу среди кастрюль, тогда как в соседнем помещении висит шикарная плазма.
Это недоразумение даже не пыталось скрыть своего присутствия: совершенно бессовестно громыхало посудой, пару раз открывало и закрывало холодильник, ругалось и даже напевало себе под нос незатейливую мелодию. Голос, кстати, оказался очень знакомым.
Хетфилд аккуратно и бесшумно ногой толкнул дверь и... оторопел. Недоразумением оказалась агент Бернс. Полностью в своем амплуа: залезла коленями на стол и по-хозяйски копалась в навесном шкафчике.
Там, где сидела Бернс - место кофейника, который оказался сдвинутым к раковине, а чистые чашка с блюдцем, приготовленные для кофе, уже использованные и грязные, покоились в раковине. На столешнице - уйма разнообразных склянок с приправами, банки с чаем, кофе и травами и разнообразная посуда.
Навязанный Департаментом напарник был одет в дурацкую вязаную кофту на два размера больше, да еще и отвратительного розового цвета. Рваные джинсы, одна штанина которой похоже пережила атомный взрыв, ибо состояла из одних только ниток. Взгляд Леона опустился ниже и остановился на огромных тапочках… с помпонами. Откуда ЭТО взялось в его доме, он даже и представить не мог. В его квартире никаких тапок, ни для хозяина, ни для гостей отродясь не было. Да и с самими гостями тоже как-то не сложилось. Не то, чтобы Хетфилда это сильно расстраивало...