Бостон. Психиатрическая клиника
Удивительно, как легко решаются проблемы, если ты умеешь врать, у тебя есть связи и неограниченный семейный счёт в банке. Надежда смотрела на Джейн со смешанными чувствами сочувствия и ревности. Даже, не смотря на то, что девушка вот уже несколько месяцев была на таблетках, она всё ещё была привлекательна. Кареглазая брюнетка, белокожая, довольно высокая. Она мерила шагами палату, судорожно вцепившись в рукава своего халата. Волчица ждала, когда окончатся действия её лекарств, чтобы поговорить с ней. Ведь началось всё с неё, и она должна что-то знать. Не цвет волос ведь объединяет всех этих девушек. Есть что-то ещё, это просто нужно найти. И Джо как раз занимается этим, строя глазки болтливым студенткам. Он умел нравится девушкам, больше чем кто-либо другой. А сама Надежда отправилась в клинику, пообщаться с единственной выжившей.
- Ты кто? – Джейн, наконец-то, заметила, что в её комнате кто-то есть. – Ты симпатичная. Волосы красивые.
- Спасибо, Джейн. Как ты себя чувствуешь?
- Нормально. Откуда ты меня знаешь? Я тебя не помню.
- Я твой друг. Ты веришь, что я твой друг?
- У тебя добрые глаза. Как тебя зовут?
- Меня зовут Надежда.
- Хорошее имя. Ты, правда, несёшь в себе надежду? Это здорово. Так называют тех, на кого надеяться. Ты защищаешь свою семью?
- Я стараюсь. Джейн, ты помнишь, как оказалась здесь?
- Да… Они думают, я хотела себя убить.
- А ты не хотела?
- Нет… меня заставили. Я бы никогда…
- Кто тебя заставил, Джейн? Кто это был?
- Они не верят. Я говорю, а они не верят.
- Я поверю, Джейн, скажи мне. Кто тебя заставил?
- Она. Красивая… волосы тёмные. Она приходила каждую ночь. Говорила со мной. Говорила, что я плохая. Что я должна умереть, чтобы не приносить боль. Что я виновата. Я и правда виновата… Я плохо поступила.
- С кем? С кем ты плохо поступила, Джейн?
- С Билли. Я его обидела. Она знала, что я его предала. Я ему не сказала.
- Ты предала Билли? Ты изменила ему?
- Это было только раз. Я не хотела. Он не простит меня. Ему будет больно. Она сказала, это моя вина. Она права. Но умирать я не хотела.
Надежда покидала клинику со смешанными чувствами. Джо ждал её у машины.
- Узнала что-нибудь?
- Ты первый. Не зря зубы отбелил?
- Я ничего зря не делаю, детка. Нашёл связь между жертвами.
- Они изменяли своим парням?
- В точку. И ещё кое-что общее, кроме цвета волос. Я составил график и понял, что все эти девушки, так или иначе, сталкивались с одним и тем же человеком. Одна была его девушкой. Вторая – была его партнёром по курсовой. С третьей у них был один научный руководитель. Четвёртая жила в соседней комнате и часто засиживалась у них допоздна. Ну, а пятая… Она висла на этом парне, каждый раз как напьётся.
- Дай угадаю. Человека зовут Билли Сальваторе? – Надежда уже знала ответ.
- Надежда, послушай… я никогда не лез в твои личные дела, и даже никогда не задавал вопросов о твоей семье, хотя мог бы. Но с этим парнем что-то не так. Пять….девушек, связанных с ним, пострадали. Четверо мертвы, одна в психушке. Не связывайся с этим парнем, Надежда.
- Спасибо за заботу, Джо, но со своей жизнью я сама как-нибудь разберусь.
- Кто бы сомневался. Упряма, как баран.
- У нас говорят, упряма, как Майколсон. – Одними губами улыбнулась девушка. – В любом случае, разобраться с призраком мы обязаны. Это наша работа. Поедешь со мной, проверить комнаты девушек?
- Разумеется, напарник. Куда ты, туда и я.
- Не смотри так. Мы же не знаем, что это за призрак. Может, это хороший призрак.
- Не бывает хороших призраков. Чем дольше они здесь, тем больше у них едет крыша. И ты это знаешь. И если чувства к этому парню мешают тебе работать, то езжай домой, я сам всё закончу. Или вызову с базы кого-нибудь в помощь.
- Не истери, ладно? – Надежда с усмешкой взяла напарника под руку. – Я возьму себя в руки и буду вести себя сугубо профессионально. Клянусь.
И они уже не видели, как какая-то женщина, хрупкая и темноволосая, появилась из воздуха, как через неё проходили люди. Она смотрела им вслед и улыбалась.
========== Часть 22 ==========
Орландо
Адель была в ярости. Просто потому, что не могла ничего сделать с этой ситуацией, только пожаловаться отцу. И как раз этого она делать точно не собиралась. Отец и так замял исчезновение Тобби, не хватало ещё втягивать его в её личную жизнь и дальше. А проблема была в том, что Стефан Сальваторе поехал за ней. И девушка столкнулась с ним в первый же день, в участке.
— Ты…какого ты тут делаешь?
— Майколсон. — Сержант явно рад был подкинуть ей такой подарочек. — Ты уже знакома с нашим новым гражданским следователем? Отлично, вам вместе работать. Введи его в курс дела.
— Ненавижу тебя. — Адель едва удержалась, чтобы не сплюнуть. — Что ты привязался?
— Скука — главная проблема бессмертных. Поймёшь через пару столетий. Но работу ты нашла интересную, молодец.
Больше они к этому разговору не возвращались. Стефан таскался за ней, как хвост. Это бесило до невозможности. Девушка постоянно находилась в взвинченном состоянии, и, когда во время задержания, не вовремя схватилась за пистолет, приземлилась в кабинете психолога.
— Так что с вами происходит, детектив? — Доктор, с заученной сочувствующей улыбкой, профессионально смотрел на неё. В этом кабинете сидело столько копов, что его ничем нельзя было увидеть. — У вас безупречное личное дело. Никаких превышений полномочий, практически абсолютная раскрываемость. Вы действительно хороший коп. Так что с вами происходит? Если вы будете молчать, я имею полное право изъять у вас значок и оружие. Вы этого хотите?
— Может статься, так будет и лучше. Я воспользуюсь этим и отправлюсь в отпуск, куда-нибудь, где тепло и пляж. — Адель откинулась на спинку кресла. — Давайте сделаем это прямо сейчас. Дать вам ручку?
— Детектив… Я сижу тут уже не первый год, и видел столько копов… Большинство из них — трудяги, посвятившие всю свою жизнь этой профессии. Они срываются, палят по машинам, переживают стрессы каждый день, но все они хотят заниматься тем, чем занимаются. А вы… если вы, детектив, не хотите взять себя в руки и перестать подвергать опасности себя и окружающих, из-за личной истерики, то убирайте значок в стол и пишите рапорт. Я дам вашему начальству именно такую рекомендацию. Так я спрашиваю ещё раз… Что с вами происходит, детектив?
— Наш новый гражданский следователь выводит меня из себя. Я не хочу видеть этого человека рядом с собой.
— Почему? Вы были неприятно знакомы до этого?
— Стефан Сальваторе старый друг нашей семьи.
— И что случилось между вами, что вас выводит из себя старый друг вашей семьи?
— Я считаю его присутствие неуместным. Мы занимаемся своей работой, потому что так нужно, и это наш долг, а он…ему просто скучно. Он развлекается, а это не та мотивация, с которой нам следует работать, верно ведь?
— Вас это задевает как профессионала, или тут что-то личное? Мистер Сальваторе вызывает у вас какие-то чувства, которые вы хотели бы скрыть?
— Я не пытаюсь скрыть своё раздражение, поэтому я и здесь. Всё просто, док, никаких подводных камней.
— Я так не думаю. Я думаю, вы переносите свою личную проблему на ближайший к вам объект. А именно, на мистера Сальваторе.
— Вот как? Вы сделали такой искромётный вывод из четверти часа нашего разговора? Да вы просто гений, док.
— Сарказм вам не поможет, детектив. Если вы не будете сотрудничать, мы ни к чему не придём. Вы нервничаете, у вас трясутся руки, вы ненадёжны. Как вы будете выходить на улицы, зная, что в критический момент можете не справиться, и пострадает невинный человек? Так что я вновь повторюсь. Что с вами происходит, детектив? Какая боль, какая обида мешает вам работать?