Мужчина всегда с большим уважением и почтением относился к прародительницам. Однако, когда твой юный ребенок должен был родить ребенка незнакомому мужчине, пусть и правителю, а потом вернуться домой — это было совсем другое. По крайней мере, для него и его семьи. Глава семейства долго переворачивался с одного бока на другой, но сон не приходил, а мрачные мысли о дочери пугали и ставили в тупик.
Дени ночевала в спальне дочери. Они спали в одной постели, Терри плотно прижималась к матери, обхватив ее руками. Мать сначала долго гладила ее по волосам, пытаясь унять дрожь, которая была готова превратиться в истерику, а потом не спеша напевала колыбельную, после чего Терри незаметно погрузилась в сон. Дени еще долго плакала, очень тихо, чтобы не разбудить дочь и в перерывах жадно втягивала ее запах, понимая, что, когда Терри уедет ее ребенок умрет, невинность, детство и радость исчезнет, а эта девочка вернется взрослой и совсем другой. Если, конечно, вернется.
***
Завтрак прошел в молчании. Ричард ушел с первыми лучами солнца и вернулся только к вечеру. Благоприятных вестей у него не было. Прародительницу ожидали во всех четырех странах и люди бы попросту не потерпели, если бы родители попытались скрыть свою дочь. Мудрец и старейшина также разводили руками, отвечая, что такова ее судьба и случится то, что должно случиться.
Ближе к полудню, Ричард написал письмо и отправил его тестю, написав обо всем, что случилось и о скором визите. Сарра на следующий день отправилась в столицу, чтобы подготовить все необходимое для Терри. Это время Ричард решил провести в поселении тестя, в кругу семьи. Он понимал, что возможно, Терри это не поможет до конца расслабиться и отвлечься, но сидеть и бездействовать мужчина так же не мог. Терри со дня известия о прародительнице была ни жива, ни мертва, а искры жизни и радости больше не горели в ее глазах. На лице не было широкой, искренней улыбки, и это разбивало сердце ему и Дени. Родители беспокоились, что от горя дочь могла заболеть и слечь в постель.
Дети также были опечалены, их маленькая семья снова будто впала в траур, и Ричард пытался изо всех сил сделать все, что только мог, чтобы хоть немного улучшить положение, в котором они оказались. Дени долго плакала тем вечером, потихоньку складывая приданое младшей дочери в красивый сундук, украшенный драгоценными камнями. Ричард сидел рядом в комнате Терри, пустым взглядом глядя на супругу.
— Как мы отпустим нашего ребенка? В другой город, в другую страну… Она ведь такая наивная, никого там не знает, легко верит, чуть ли не каждому встречному. Что, если ее там будут обижать? Ведь у правителей есть свои гаремы, а король страны Солнца вообще состоит в браке, — голос женщины предательски дрогнул. — Ей придется возлечь с незнакомым взрослым мужчиной, забеременеть, родить ребенка. А потом ребенка заберут, хочет она того или нет. И после ей придется уехать не по собственному желанию и снова… В кого она там превратится? Вдруг вообще не вернется? Умрет во время родов или же ее попытаются убить… Ричард! Что мне делать? Как защитить моего ребенка? Я не для них ее вынашивала и рожала! Что это за жестокость такая?
— Я пытался, дорогая. Этим традициям тысячи лет. Люди суеверны, кто позволит моей дочери жить спокойно, зная, что она должна родить избранного? Я не знаю, что мы будем делать, но я правда пытался.
Ричард опустился на колени перед супругой, сидящей на кровати дочери и положил голову на колени Дени, а после тихо заплакал, осознавая свою беспомощность и невозможность помочь дочке.
***
Терри бросила взгляд на холодные, дрожащие руки. Ее трясло от страха. Сегодня она должна была встретиться с Дэвидом. После храма она сбежала ото всех, просто испугавшись встретиться с парнем и обо всем рассказать ему. Конечно, новость о нахождении прародительницы в стране Солнца уже была известна всем, но о том, что это была именно Терри, никто толком не знал. Девушка не представляла, с чего будет начинать разговор, а главное, как на это отреагирует парень. Конечно, она понимала, что Дэвид не будет ждать ее пять лет, ведь молодому парню это попросту не нужно. Она осознавала, что это была, скорее всего, их последняя встреча.
Дэвид шел по обочине дороги, не торопясь, закинув на плечо безрукавку. Терри быстро подскочила с земли и прислонилась к дереву. Страх усилился настолько сильно, что она готова была развернуться и убежать домой. Но Дэвид поднял голову, бросив на нее взгляд, а потом снова опустил голову наконец дойдя до Терри.
— Привет, — тихо поздоровался он.