Прибывшие на место санитары увидели стоящий поперек узкой улицы автомобиль и поджидающего их высокого грека. Они с недовольством услышали, что пострадавшего унесли, и выразили опасение, что это могло ему повредить. Поднимаясь за провожатым по ступенькам соседнего дома, никто из медиков не обратил внимание на небрежно приколоченную на пыльной площадке для парковки табличку с надписью: «Сдается».
Когда через пятнадцать минут группа санитаров в белых халатах вышла из дома, возле «скорой» толкалось несколько зевак. Они внимательно присматривались к лежащей на носилках женщине, пытаясь узнать ее, и никто не обратил внимание, что халаты медикам явно малы.
В то время как «скорая», включив сирену, вырвалась из Сауды и помчалась по северному шоссе, капитан-лейтенант Валерия Баргеллини бежала трусцой по дороге вокруг авиабазы, обслуживающей военно-морские силы США.
Этой тридцатидвухлетней женщине, стройной и неуловимо привлекательной, несмотря на выдающий ее итальянское происхождение крупный нос, впервые за долгое время удалось вырваться на пятимильную пробежку. Масштабы подготовки к надвигающейся операции «Буря в пустыне» неумолимо ширились, и у нее совсем не оставалось времени, чтобы поддерживать спортивную форму. Днем и ночью прибывали самолеты, ведущие разведывательные полеты вокруг Аравии, суда круглые сутки требовали дозаправки, разгружались и загружались, доставляли срочные грузы, которые дальше надо было переправлять самолетами, и наоборот. В кошмарном деле материально-технического обеспечения крупнейшей со времен Второй мировой войны военной операции все, казалось, шло кувырком и каждая вещь постоянно оказывалась не на своем месте.
Сейчас Валерия стояла на дороге в своей пятнистой зеленой военной куртке и обычных спортивных штанах, пытаясь отдышаться, и, взглянув на поросший лесом холм, увидела, как с крыши какого-то заброшенного сарая вспархивает птичка.
«Вот кем я сейчас хотела бы быть», — подумала она. Птичкой. Свободной и беззаботной. Ни приказов, ни ругани, ни бесконечного, растущего с каждым днем потока бумаг.
Бледный луч отразился в каком-то блестящем предмете, и из полуразрушенного строения сверкнул солнечный зайчик, на миг ослепив ее. Кто-то подглядывает за ней в бинокль? Это пришло ей в голову в первую очередь, но она строго одернула себя. Какой черт полезет на гору, чтобы полюбоваться такой размазней, не желающей признавать, что приближается к среднему возрасту? Просто пьяный крестьянин бросил пустую бутылку из-под узо.
И внимание ее отвлек клуб пыли, движущийся по дороге от базы. «Кто-то чертовски спешит», — подумала она и стала ждать, машинально ощупывая черепаховые заколки, придерживающие ее длинные волосы.
Водитель джипа ударил по тормозам, автомобиль с визгом остановился рядом с ней. С пассажирского сиденья выглянул офицер медицинской службы с базы.
— Куда так торопитесь, Хол?
— Несчастный случай на греческом судне у заправочного причала, мэм. Пострадал наш офицер связи — лейтенант Мукарис. Кажется, в критическом состоянии.
Она замерла в изумлении. Симпатичный молодой американец Ричард Мукарис вчера вечером в столовой привязался к ней с разговорами, и она не смогла заставить себя одернуть его.
— Вы ему поможете?
— Ничего не могу сказать, пока не увижу, мэм. Если не справлюсь, свяжусь с греческим госпиталем.
Валерия Баргеллини кивнула.
— Пожалуйста. И сообщайте мне, что происходит.
— Слушаюсь, мэм.
Машина умчалась, а она, расстроенная случившимся, забыла о боли в ногах, о сбивающемся дыхании и добежала до ворот базы почти с прежней своей скоростью и в прежнем стиле. Ей показалось, что черный морской пехотинец, стоящий на часах, и его напарник-грек следят за ее приближением с праздным любопытством, но, подбежав поближе, разглядела их встревоженные лица и, задыхаясь, спросила:
— В чем дело, рядовой?
— К вам в офис звонят с Кипра по горячей линии, мэм, — сказал моряк. — Очень срочно, ждут у телефона. Давайте я вас подвезу.
«Проклятье!» — подумала она. Не надо было выходить. Тем более что высшее начальство уехало на базу в Сигонелле. Номинально она здесь старшая. Стараясь не выдавать своего беспокойства, кивнула солдату:
— Поехали, рядовой.
Взяв гражданскую машину со стоянки у комендатуры, они на большой скорости покрыли короткое расстояние до административного здания, где Валерия выскочила и бросилась в свой кабинет.
У ее стола стояла помощница с телефонной трубкой в руках.
— ЦРУ, мэм. Звонят с базы Королевских ВВС в Акротири с Кипра. Какой-то Уиллард Фрэнкс.