– Уже не является, – ощерился «юрист». – У нас на руках решение Мытищинского суда…
– А вы кто? – посмотрел на него Василий Никифорович с нехорошим прищуром.
– Судебный пристав Пенкин. Вам придётся ответить за…
– Ответим, – перебил его Самандар, подходя ближе. – Документы.
– Вы не представляете, с кем связались! Мы вас…
Самандар хлопнул пристава ладонями по ушам. Тот вскрикнул, хватаясь за голову, и Вахид Тожиевич точным движением вытащил у него из внутреннего кармана безрукавки удостоверение служителя закона.
– Пенкин Роман Кириллович, старший судебный пристав Мытищинского районного суда.
– Я же сказал, вы пожалеете…
Василий Никифорович резко приблизил к нему лицо, заставив пристава отшатнуться.
– Это ты не представляешь, гадёныш, с кем связался! Не слышал о «чистилище»? Никакая «крыша» тебе не поможет, не мечтай! Теперь о деле. Немедленно прикажите своим подельникам покинуть территорию завода! Мы могли бы и сами её «подчистить», но не хотим крови. Сегодня. Завтра, не дай Бог, вы нас вынудите, начнутся ваши похороны! Я доходчиво объясняю положение дел?
Новоиспечённый «директор» хрюкнул, посмотрел на «юриста», прокашлялся:
– Рома, может, мы… э-э…
– Блефуют они, – скривил губы пристав, – нету никакого «чистилища», и ни о каком таком «Смерче» я не слышал.
Новый удар по ушам, вскрик.
– Вот наше удостоверение, – сказал Самандар, доставая из кармана белую визитку с тиснённым в уголке золотым кинжальчиком и надписью «СМЕРЧ». – С этого дня вы часто будете слышать от коллег о получении таких меток, а то и получать сами. Так вот, вручение такой визитки – по сути, смертный приговор. Мой коллега прав, сегодня мы тестируем команду и не хотим никого убивать. Завтра начнётся отстрел мерзавцев. Теперь понятно?
– М-м-м… э-э-э… – промямлил потеющий «директор».