– Есть ещё и в-шестых.
– Хорошо, я с ней поговорю, однако будь готов к тому, что она откажется войти в комиссариат. Да и ребёнка воспитывать надо, кормить, ухаживать за ним и беречь.
– Пока мы будем утрясать кадровые вопросы, пройдёт время, а там твоему сыну найдется няня. Мне, кстати, тоже надо закончить одну важную работу.
– Какую?
Самандар пробежался пальцами по клавиатуре, и на экране появилась надпись: «Теория расходимостей и отражений Материнской реальности в „розе“ допустимых состояний материи».
Василий Никифорович с любопытством посмотрел на чеканный профиль Вахида Тожиевича.
– Это как понимать?
– «Лепестки розы» – суть варианты матричной реальности, как планеты Солнечной системы – суть отражения Земли. Но это не главное. Изучая «розу», я пришёл к выводу, что история разума в Универсуме – это история непрерывных войн. Создаётся впечатление, что войны – стержень развития всех цивилизаций «розы», не будь их, разум вообще бы не развивался.
– Это спорно, – хмыкнул Котов.
– Я опираюсь на факты. На что опираешься ты?
Василий Никифорович подумал.
– Скорее всего, на эмоции. Но я пораскину мозгами и найду контраргументы.
– Не найдёшь. Хотя мозгами шевелить иногда полезно. Между прочим, я нашёл предпосылки выхода на Доцивилизацию.
– А это куда?
– Инсектам и Аморфам предшествовала самая древняя в нашей реальности разумная система, я назвал ее Доцивилизацией Предтеч. Возможно, в скором времени я выйду на неё.
– Каким образом?
– Саркофаги Инсектов являются не простыми компьютерами, но компьютерами с базой, распределённой во времени. А это означает, что с их помощью можно пробить потенциальный барьер прошлого.
Василий Никифорович покачал головой.
– По-моему, у тебя поехала крыша.
– У меня её никогда и не было, – не обиделся Самандар, выключая компьютер. – Начинаем работать?
– Нужно начать с воссоздания системы безопасности.