— Место!
— Сорок пятый километр! — выкрикнул он. — Разъезд «Лесной»! Там техническая остановка! Вам все равно не спасти его! Поезд ушел!
— Почему там⁈ Кто дал маршрут⁈
— Да пошел ты…
Я не стал слушать продолжения фразы. Выстрелил в ту же ногу, теперь чуть ниже. Стараясь не задеть кость, чтоб нам этого урода потом на себе не пришлось нести.
— А-а-а-а-а! Тварь! Тварь! Сука!!! — выл диверсант.
— Кто. Дал. Маршрут.
— Человек из штаба! Принес мне пакет! Там липовые документы с печатями ВОСО! Машинист думает, что получил приказ коменданта!
— 45-й километр… — раздался за моей спиной напряжённый голос Карася. — Это недалеко. Секретный тупик. Там стоит ППУ. Подвижный Пункт Управления Рокоссовского. Его только вчера загнали, чтоб спрятать от немецкой авиации.
В этот момент, будто издеваясь, раздался длинный гудок. Санитарный поезд уже выходил за пределы станции и набирал скорость.
— Насколько велика вероятность, что Рокоссовский там? — повернулся я к Мишке.
— Очень велика, — мрачно ответил Карасев, — Да хватит выть, сука! — Он раздражённо пнул ногой Лесника, отчего тот заскулил еще громче, — Думать мешаешь!
— Связи с поездом нет, — я лихорадочно просчитывал варианты. — Семафоры открыты — у него «зеленая улица». Предупредить кого-либо мы не успеем. Пока разжуем все в комендатуре, пока дозвонимся через коммутатор, пока они поймут, что мы не сумасшедшие… Черт! Карасев! Надо остановить поезд. Мы должны его догнать, пока он недалеко ушел. Шанс есть.
Я посмотрел на Лесника, который продолжал подвывать.
— С собой эту падаль брать нельзя. Будет орать, кровью истекать, мешаться.
— К Сидорчуку! — скомандовал старлей, — Бегом! Тащим его!
Мы подхватили воющего «майора» под руки и поволокли по грязи. Он пытался повиснуть мешком, скулил, что не может идти, но Карась быстро привел диверсанта в чувство тычком ствола в ребра.
— Шевели копытами, гнида, а то вторую ногу прострелю! — рыкнул Мишка.
Угроза подействовала. Лесник запрыгал на одной ноге. Даже голосить стал чуть меньше. Говорю же, ссыкливая тварь.
Не успели мы пробежать и ста метров, как из темноты вынырнул патруль. Их привлекли звуки выстрела.
Трое военных выскочили из-за вагона, сразу вскинули оружие.
— Стоять! — крикнул один из бойцов.
— Спокойно! — так же громко ответил Карась, одной рукой вытащив из кармана гимнастерки красную книжечку, — Работает СМЕРШ.
Патрульные подбежали ближе. Удостоверились, что мы реально из контрразведки.
— Товарищ старший лейтенант, помощь нужна?
— Нужна! — рявкнул Мишка, — Нужно, чтоб вы за станцией лучше смотрели! Чтоб всякую падаль сюда не пускали, не давали ей просочиться. У вас под носом враг шляется туда-сюда! Как по проспекту, мать вашу!
Бойцы слегка прибалдели от его напора.
— Бегом к дежурному, — вмешался я, — Скажите, что 89-й идёт к 45-му километру. На техническую стоянку. Диверсия. Он поймет. Все дальнейшие действия согласно инструкции.
Патрульные, услышав пугающее слово «диверсия», резко развернулись и побежали к зданию вокзала.
Мы с Карасем тоже побежали. Но в другую сторону. Неслись вдоль путей, спотыкаясь о шпалы. Тащили долбанного Лесника, который то пытался изобразить потерю сознания, то начинал выть, то требовал развязать ему руки.
Впереди, у длинного деревянного склада, маячил силуэт нашей «полуторки». Мы двигались именно к ней.
— Ильич! — заорал Карась, когда до машины оставалось несколько метров, — Ильич, твою мать, принимай посылку!
Из кабины выскочил Сидорчук с винтовкой наперевес. Мы подбежали. Бросили Лесника в грязь у колес.
— Это он? — сержант хмуро посмотрел на окровавленного «медика».
— Он, — выдохнул я. — Слушай боевую задачу, Ильич. Нам срочно надо догнать один поезд. Этого оставляем тебе. Головой за него отвечаешь. У него важная информация. Очень. Глаз не спускай. И жди Котова.
— Понял, — кивнул Сидорчук. — А если…
— Что «если»? Что «если»⁈ — вызверился Карась, — А то не знаешь! Если дернется, если кто-то попытается его забрать, — стреляй.
— Есть, — Сидорчук ткнул в Лесника стволом «мосинки». — А ну, полезай в кузов, контра.
— Погоди! Какой кузов⁈ — Карась вцепился одной рукой в борт «полуторки», вторую выставил вперед, — Ты с гнидой останешься тут. А машину мы забираем!
— Это как «забираем»? — Теперь завелся сержант. — Куда? Я тебе ее не доверю!
— Сидорчук, ты совсем идиот⁈ — Карась аж на месте подпрыгнул, — Или оглох. Сказано, поезд надо догнать!