Он знаком руки подозвал официанта, расплатился за ужин и попросил принести женщине бокал вина.
– Я не теряю надежды, – произнесла женщина. – Удачной поездки.
***
Вернувшись обратно в кабинет, Александр сел за стол. Теперь он ждал доклада Каримова и Козырева, которые вели наружное наблюдение за блондинкой. Костин снова пододвинул к себе коробку и вывалил из нее все на стол. Он снова и снова стал перебирать вещи Хмелева, не теряя надежды найти то, что он упустил изначально. Поднявшись из-за стола, он открыл свой сейф и достал расшифрованные немецкие радиограммы. Рассматривая их, Александр в какой-то момент обратил внимание, что ранее он уже видел эти цифры. Он порылся в вещах покойного Хмелева и достал листок бумаги с цифрами.
«Вон оно что? Так это график выхода рации в эфир. Видимо, он каждый месяц менялся», – подумал Костин.
Он тут же набрал номер на телефоне и попросил его связать с дежурным офицером отдела связи.
– Костин, – представился Александр. – Подскажи мне, даты выхода рации в эфир. Меня интересует выход в том месяце.
Он дождался ответа и положил трубку. Эти даты полностью совпадали с цифрами написанными рукой Хмелева на клочке бумаги.
«Все ясно, но зачем он их написал? – подумал Костин. – А может, для кого-то? Только для кого?»
В руки Александра попал маленький с ладонь размером томик Александра Блока. Он открыл его – книжка, как книжка. Он начал листать томик и на семнадцатой странице обнаружил еле заметные следы иголочных проколов. Кровь прилила к голове Костина. Ему вдруг стало жарко и душно. Он бы не обратил на это внимание, но ему уже как-то пришлось сталкиваться с подобной шифровальной книгой.
«Завтра нужно будет показать книжку нашим шифровальщикам, – решил он. – Я никогда не видел этой книги у него в квартире, а может ее оставили здесь те гости, с которыми он здесь пил?».
Костин откинулся на спинку дивана и, закрыв глаза, стал вспоминать, что ему рассказывал о себе Виктор. С его слов, он родился в Москве в семье инженера. Мать была учительницей. Братьев и сестер у него не было – это точно. После окончания школы поступил учиться…. После окончания, был призван в армию, прошел трехмесячные курсы и, получив офицерские погоны, был направлен в действующую армию. Принимал участие в освобождении Смоленска, там же получил контузию, после чего был направлен в СМЕРШ. Но из-за каких-то непонятных ему вопросов, в СМЕРШ не попал и довольствовался службой в городской комендатуре.
«Что еще? Он обладал искрометным юмором, легко сходился с людьми, обладал аналитическим умом, был любимцем женщин, – размышлял Костин. – Все эти природные данные позволяли ему быть всегда вне поля подозрения. Это особенно ценилось в разведке, а не контрразведке, каким являлся СМЕРШ».
Александр, не снимая сапог, лег на диван и закрыл глаза. Он не заметил, как погрузился в глубокий сон. Костин открыл глаза и не сразу понял, где находится. На столе разрывался от звонка телефон.
– Слушаю, Костин, – произнес капитан. – Алло, слушаю… Говорите!
– Спишь? – спросил его полковник Носов. – Только что, радисты засекли выход рации в эфир. Выход был сделан из твоего городка. Сейчас над ней работают шифровальщики. У тебя, есть что-то новое?
– Работаем, товарищ полковник. Удалость выйти на блондинку – связь Хмелева. Сейчас она под наблюдением. С утра хочу организовать выход на место с Мезенцевой, обещала показать тайник, через который, поддерживала связь с резидентом.
– Будь на чеку, Костин. Мне кажется, что Мезенцева довольно опытный агент. Сейчас она, похоже, разыгрывает свою новую партию. Такие люди просто так не идут на контакт с чекистами.
– Спасибо, товарищ полковник. Я дополнительно проинструктирую своих сотрудников.
Носов положил трубку. В кабинете стало тихо, лишь маленькие ходики на стене отстукивали первые секунды нового дня.
***
Блондинка торопливо шагала по разбитым улицам города. Она шла уверено и практически «не проверялась». До начала комендантского часа оставалось около тридцати минут и она, похоже, рассчитывала укрыться на явочной квартире до его начала. За ней, стараясь не потерять ее из вида, меняя друг друга, шагали Каримов и Козырев. Наконец женщина свернула в переулок и, оглядевшись по сторонам, направилась к дому-общежитию, в котором проживал медперсонал военного госпиталя. Женщина подошла к одному из окон и тихо постучала по стеклу. В комнате моментально зажегся свет, и отодвинулась белая занавеска. Похоже, там ее явно ожидали.
«Интересно, кто хозяйка квартиры? – подумал Козырев. – Завтра нужно будет уточнить».
Женщине быстро открыли дверь, и она оказалась внутри общежития. Козырев подошел к окну и попытался разглядеть, что творится в комнате, но в этот момент свет в комнате погас.