Он яростно хрипел и полосовал меня когтищами, так что шерсть летела клочьями, а я, не обращая внимания на боль, рвал клыками его твердую как дерево шею. Рядом суетился окровавленный Леха, обтесывая кровососа туристическим топориком.
Потом все остановилось. Вампир больше не дергался, но я все никак не мог разомкнуть намертво сжатые челюсти. В стены и в дверь стучали соседи, возмущаясь и обещая позвать полицию. Леха приводил в чувство, проще говоря, тряс за плечи ошалевшую Лизу, бормоча:
– Лизок! Ну, Лизок… ну, очнись же… включай свой генератор, надо соседей успокоить!
Придя в себя, девушка быстро вернула заколку в растрепанную прическу и вопли соседей, как по команде смолкли. Я, наконец, смог разжать клыки и откатившись к стене, вернул себе человеческий облик. Меня тошнило и нестерпимо хотелось блевать. Истерически хихикая, Леха притащил откуда-то ржавую ножовку по металлу и принялся пилить вампиру шею, приговаривая, что топор, мол, тупой и отскакивает, а ножовкой в самый раз.
Когда он закончил свою работу, я как раз пришел в себя. Мы втроем стояли над обезглавленным чудищем, раздумывая, что делать дальше.
– А ведь это «старший», – угрюмо сказала Лиза, – Намтар говорил, что только они способны к трансформе. Повезло же нам, с разбегу на «старшего» налететь, – выглядела девушка не очень: на щеке царапина, жакет порван, блузка потеряла половину пуговиц и выбилась из-под юбки – от былого лоска не осталось и следа.
Леха, угваздавшийся своей и вампирской кровью, тоже красотой не блистал. К тому же, он потерял одну кроссовку, которая слетела во время схватки с упырем и куда-то запропастилась. Один я, благодаря трансформе, смотрелся более-менее прилично.
– Что будем делать? – хмуро спросил Леха. – Если это «старший» его обязательно хватятся и будут искать. Даже если мы его отсюда унесем, все следы убрать нереально. Намтар рассказывал: у них нюх как у собак – сразу кровь учуют. Поймут, что кто-то их гасит – насторожатся – возьми их тогда за рупь за двадцать.
– Искать-то его может, и будут, – возразил я, – а вот найдут ли?
– Что ты имеешь в виду?
– Квартирка-то наверняка съемная. И секретная… скорей всего никто из упырей о ней больше не знает. Не стал бы он убивать девчонку под носом у своих – вожак за беспредел по головке не погладит.
– Такая постановка вопроса мне нравится! – воодушевился Леха. – А этот… Костыль… – вдруг спохватился он, – он-то ведь знает! Может ему тоже башку отпилить?
– Слушай, Пухов, откуда у тебя такие садистские наклонности? – поморщилась Лиза.
– Тоже мне, гуманистка, – хохотнул Леха. – Ну, давай убьем его стильно и изящно – лошадиная доза героина – не больно и приятно – что может быть эстетичней? А что это ты так смотришь, умненькая Лизонька? – насторожился он, – Уж не собралась ли ты его отпустить?
– Именно! – отрезала девушка, не допускающим возражения тоном. – Даня, тащи его сюда.
– Слабачка! – презрительно сказал Леха и пошел искать свою кроссовку.
Извлеченный из ванной Костыль, трясся от страха, а когда ему продемонстрировали дохлого упыря, он и вовсе обделался, о чем свидетельствовало быстро расползающееся пятно в районе ширинки.
– К-к-к-кто это?
– Тот, кому ты прислуживал, – сказала Лиза. – Согласно определению оксфордского словаря – сверхъестественное существо злобной природы, выглядящее обычно как труп и питающееся кровью. Проще говоря – вампир.
Глава 5
Видишь ее, – она показала на мертвую девушку, – та же участь ожидала и тебя по окончанию службы. Понял, теперь во что вляпался? Впрочем, у тебя еще есть шанс. Если в течение пары часов покинешь город, возможно, твои работодатели не успеют до тебя добраться.
– А если он к ментам кинется? – задумчиво сказал я, подыгрывая девушке.
– И что он им скажет? Как только наш друг, начнет заяснять правоохранителям, что толкал наркоту под руководством упырей, его тут же сдадут в дурку. Я знаю, видела там таких. Ты же не идиот, Максик? Вон из города! Забейся в какую-нибудь дыру, сиди там и не отсвечивай… минимум неделю. И мой тебе совет на будущее: бросай ты это грязное дело. Займись, чем-нибудь общественно полезным.
Костыль кивал головой так часто и мелко, что со стороны можно было предположить у него болезнь Паркинсона.
– Я-я-я м-могу идти?
– Можешь, – разрешила Лиза, – Подожди-ка! Где ж ты так известкой спинку-то испачкал… дай отряхну, – она несколько раз шаркнула ладонью по спине Макса и в заключении напутственно поддала коленом под зад, – все, вали!
Меня ее манипуляции несколько удивили, поскольку никакой известки на джинсовой куртке бывшего дилера я не заметил.