Ксаноф поймал меч рыцаря лезвием алебарды и дёрнул ею, вырывая оружие из рук Пурпурного Дракона. Таналаста надменно подняла подбородок и шагнула в сторону битвы, таща за собой свою мать и игнорируя мух и ос, которые уже спускались, намереваясь искусать лица женщин.
- Ну как поживаешь, кузен? – выкрикнула принцесса. – Что, Кормаэрил на троне – недостаточное оправдание для твоей семьи?
Хазнеф не успел дёрнуть алебардой, и рыцарю удалось высвободить своё оружие.
- Не говори мне о престоле, ведьма! - возразил Ксаноф. – Кормаэрил не женат на тебе, как был Аунадар Блеф.
- Нет? – удивилась Филфаэрил. Она вырвала руку из хватки дочери и положила себе на грудь. – Во имя Огненных локонов Девы, это отличная новость! Я даже и не знала, как объяснять это Азуну. Только представьте – Кормаэрил и на троне! Что же тогда сказали бы Силверворды.
Глаза Ксанофа мигнули красным пламенем, и он ахнул:
- Она сказала тебе? – он настолько отвлекся, что едва успел отбить пару ударов. – Получается, это правда?
- Надеюсь, что нет! – ответила Филфаэрил и шагнула к Ксанофу, - А если это так, то убей меня сейчас и покончи с моим позором.
Тень на лице хазнеф, казалось, исчезла, и глаза наполнились ненавистью более человеческой, чем тогда, на Гоблинской Горе. Таналаста схватила мать за руку и одёрнула её назад, начиная опасаться, что её реакция не была игрой.
- Этого достаточно, мама, - Таналаста поняла все, то ей было нужно, и возможно даже больше, чем она хотела. Она повернулась к Алафондару, указала на Овдину, который все еще стоял перед Болдаром, после чего потянулась в пространственный карман. – Обсудим это в моей комнате.
Тёмная дверь открылась перед Таналастой, и она шагнула вперед, таща за собой мать. Затем последовало несколько секунд знакомого падения, и вот она уже в знакомой обстановке собственной комнаты, не совсем уверенная в том, почему она здесь и почему держит свою мать за руку. Через мгновение появился Алафондар, держащий за плечо Овдина Фоули, а принцесса услышала звуки битвы и все вспомнила.
Она открыла дверь в прихожую и крикнула:
- Часовые, тревога!
- И берите железное снаряжение! – добавила королева. – Там хазнеф!
Таналаста не могла сдержать улыбки, услышав знакомые крики и суматоху. Хотя она не была дома больше года, за это время ничего не поменялось. Она мгновение вслушивалась в выкрики стражников, извещающих друг друга о возращении принцессы, а затем повернулась к своей матери.
- Я надеюсь, что твоя игра задела Ксанофа. – Сказала принцесса.
Филфаэрил улыбнулась слишком сладко.
- Конечно, дорогая. На самом деле, я все никак не могу нарадоваться за тебя.
Без слов, Филфаэрил пересекла комнату и заглянула за занавеску. Таналаста тоже подошла к занавеске и с другой её стороны посмотрела в окно, во двор, где Болдар и женщина хазнеф, которая была либо Сюзанной Обарскир, либо Риндалой Мерендил, поскольку они были единственными женщинами, которые были хазнеф, были лишь маленькими точками далеко в небе. По-прежнему испытывая потребность в больших крыльях, Ксаноф Кормаэрил карабкался по стене, подобно пауку, теперь уже полностью превратившись в хазнеф.
Расстроенно покачав головой, Таналаста отошла от окна и сказала своей матери:
- Видимо, пришло время мне извиниться. Очевидно, я была не права.
- Ты и не права? – спросила королева, отойдя от занавески и с сомнением посмотрев на дочь. – И почему мне так трудно поверить в это?
- Потому что она права, - вмешался Алафондар. Он встал между женщин и, отодвинув занавеску, посмотрел во двор. – Если бы Таналаста была не права, то хазнеф не устроили бы эту ловушку.
- Ловушку? – переспросил Овдин. Он обменялся многозначным взглядом к Алафондаром, затем посмотрел на принцессу. – Вы не думаете, что их могло волновать что-то другое?
- Не могу даже предположить что, - ответила принцесса. Хотя она уже убедилась, что с ребенком все было в порядке, Таналаста все еще не рассказала своей матери о нём, отчасти из-за того, что опасалась её реакции, а отчасти и из-за иррационального желания защитить своего народившегося ребенка. – Но рано праздновать. Я смогла два раза ослабить Ксанофа, но он вернул силы, и довольно быстро. Я не думаю, что мы сможем уничтожить хазнеф за счёт использования моей теории.
- Пока нет, но это лишь начало, - ответил Алафондар. – Да и если бы это не работало, то почему хазнеф беспокоятся?
Вопрос мудреца заставил королеву вздёрнуть лоб.